– И что? Что мне с этим делать?! – завопил кот.
– Ну что-что? – Я вздохнула, думая, вытаскивать из волос куриный помет или лучше не трогать, пока до гребня не доберусь. – Сортировать.
– Как сортировать?
– По клеткам, Баюн! По клеткам! Чтобы василиски с жар-птицами в одной клетке не оказались.
– Василиса Ильинична-а-а! – раздалось со двора. Так зычно могли кричать только витязи, которые несли охранную службу.
– Ну что еще? – крикнула я, выбегая из курятника на улицу.
– Там это… – Передо мной стоял добрый молодец росту богатырского, весу богатырского и с мечом богатырским. С умом и красноречием только не задалось, но я привыкла.
– Ну что случилось, Алеша?
– Там королевич к нам пожаловали, чуду-юду какую-то требуют. А я не знаю, где я ему чуду-юду сейчас достану… Да и как без вашего дозволения? Кто знает, какая у вас чуда-юда в хозяйстве нужная, а какая не очень?
– Сейчас! – Я вздохнула и повернула к воротам.
– Только вы это… может, лапоточки переобуете, все же государев сын пожаловали…
Его тут еще не хватало.
Глава вторая.
Чудо-юдо и чудеса дипломатии
Переодеваться я все же не стала. В конце концов, я же И. О. Бабы-яги. А Баба-яга – существо эксцентричное, модным веяниям не подверженное. И вообще… что королевичу от сказочного леса понадобилось?
Неслась как была: растрепанная, раскрасневшаяся и с вилами. Уже потом, когда при виде меня королевич округлил глаза и сделал пару шагов назад, мелькнула мысль, что, может, Алеша верно говорил. Причесаться стоило.
– А-ы-ы-ы-а-а-а-р-р-р! – зачем-то завыл королевич.
Я остановилась как вкопанная. Никогда раньше особ голубых кровей не встречала.
– Чего это с ним? – осторожно спросила у Алеши. – Может, ему плохо?
– А может, наоборот?
С этим спорить не стала: у добрых молодцев всяко опыта в этих делах больше.
– Выходи, чудо-юдо, биться будем!
Мы с Алешей дружно заозирались в поисках неведомого чуда. Вдруг королевич один не справится и биться придется и нам тоже? Но вокруг царило приятное умиротворение, коим в числе прочего славился сказочный лес.
Так мы бы и стояли, рассматривая друг друга, если бы королевич не сделал ход конем и не достал ружье.
– Ложись! – бодро среагировал Алеша Попович, увлекая меня в кусты.
Сказалась выучка: сначала я почувствовала, как лечу, потом – как падаю, и только потом над головой в щепки разлетелась ветка.
– Выходи, чудо-юдо, на честный бой!
– Василиса Ильинична! – взмолился мой защитник. – Отдайте вы ему чудо! У вас же есть, я знаю. У бабушки вашей все есть, она ж вообще ничего не выбрасывает, бережливая!
– Может, и есть, – буркнула я. – Знать бы, что это такое. Может, оно еще даже не вылупилось… Ну и вообще, мог бы и без ружья обойтись! Мы бы его солью да караваем.