— Спасибо, — сказала я, не открывая глаз.
Он не ответил. Просто остался рядом.
И это — было достаточно.
Вечером, когда в доме уже установилась тягучая, наполненная ожиданием тишина, дверь со скрипом отворилась, и я сразу поняла — вернулся Дейн.
Тот самый тяжёлый, знакомый шаг, будто весь мир давит на плечи, но он всё равно идёт вперёд. И ещё — лёгкое замедление на пороге, словно он не был уверен, стоит ли заходить.
Я услышала его голос не сразу. Он молча прошёл вглубь дома, что-то негромко сказал Алеку в коридоре. Обычное. Дежурное. Но интонация — как будто каждое слово ему приходилось проталкивать сквозь себя.
Я находилась в общей комнате, устроившись на диванчике с тонким пледом и старой книгой, которую едва могла читать — мысли всё равно уплывали. Когда он вошёл, я подняла взгляд.
Он тоже посмотрел на меня. Мгновение. Всего одно.
Этого хватило, чтобы я заметила: глаза у него усталые, но в них было что-то… не отпускающее. Что-то, что он очень старался спрятать.
— Привет, — сказала я первой, не зная, зачем вообще заговорила.
Он кивнул, прошёл мимо и остановился недалеко. Не сел. Просто стоял, будто готов был уйти в любую секунду.
— Как ты? — спросил он, голос ровный, почти слишком.
— Нормально, — я пожала плечами. — Работала немного. Смотрела анализы.
Он опять кивнул. Молчание повисло, неловкое, как чужой пиджак, не по размеру. Я хотела что-то сказать — что-то простое, лёгкое, чтобы разрушить это напряжение. Но не успела.
Он сделал шаг ближе. Потом ещё.
И замер.
Словно внутри него боролись два человека. Один — тот, кто хотел подойти, обнять, прижать, сказать всё, что не было сказано. А другой — маршал. Сдержанный, осторожный, отточенный страхами и привычкой держать дистанцию.
Он медленно поднял руку. Пальцы едва заметно дрогнули, будто тянулись к моей щеке, к волосам — но в последний момент он нахмурился, сжал кулак и отвёл руку обратно, словно обжёгся.
— Ты выглядишь уставшей, — произнёс он, не глядя мне в глаза. — Постарайся отдохнуть.
Я кивнула.
Он стоял, не двигаясь. И я поняла: он ушёл не потому, что хотел. А потому что не мог решиться остаться.
— Спокойной ночи, — сказала я тихо.
Он задержался на секунду дольше, чем нужно, а потом развернулся и вышел из комнаты.
И всё равно в воздухе остался след — его присутствия, его желания быть ближе, его страха сделать шаг.
Утро выдалось не по-весеннему резким. Холодный воздух пробирался даже сквозь плотно закрытые окна, будто мир снаружи тоже чувствовал, что спокойствие заканчивается.
Я проснулась рано, не потому что выспалась — просто не смогла больше лежать. Снился какой-то странный сон, и я не была уверена, было ли это прикосновение к щеке — реальностью или всего лишь тенью моего скрытого желания.