Закрыть пора гештальт. Нужно скорее опускать железный занавес, прятать все в глубокую шахту и не вспоминать. Не получается, сколько не стараюсь. Дело не в любви. Какая любовь в наше время. Хотелка. Все. Секс всему голова.
Вроде взял. Кончил и не раз. Должно спустить на тормозах, ведь черта подведена. Блядь, блокпосты рушатся сколько не возводи.
На семью положил, а на нее не могу. Скребет за ребрами, задолбала непрекращающаяся чесотка.
Опираюсь бедрами на подоконник, сую руки в карманы. Что за нахрен, даже не моргаю, когда смотрю на нее. Будто впрок хочу набрать зрительных впечатлений, чтобы потом ночью воспроизводить.
Это ничего не значит, мне приятно вспоминать и все. Все …
Необыкновенная она. Даже наряженная в самую дерьмовую одежду сейчас все равно наядой выглядит. Гребаное свечение изнутри, оно насквозь бьет. Огненное зрелище.
— На что ты рассчитываешь, Яр, – дергает плечом, – если бы мне знать, что это твой компклекс, на метр не приблизилась.
Конечно, не приблизилась. Понимаю, только все равно неприятно. Махровый эгоизм пробивает совестливая дыра.
А что я хотел? Невозможно сохранить нейтралитет после всего произошедшего. Девушки не прощают. Такие как Алёна – без вариантов. Тут только лбом стену пробивать. Но я этого делать не стану.
Ни к чему. Да и не нужно никому.
Отметаю крамольные мысли в голове, выдаю на автомате.
— Я буду платить.
Мотивация? Для нее почему нет. Деньги двигатель. Тем более, что реально собираюсь ей платить вдвое, а то и втрое больше остальных. В благодарность за то, что подарила мне ночи. Если сразу большим объемом не взяла, значит всуну частями.
Рано радуюсь. Алёнку ошпаривает предложением. Буквально выворачивает. На лицо наползает чудовищное презрение и насмешка. Она где-то горькая, невозможно не рассмотреть ту горечь.
— Засунь себе их поглубже.
И снова фиаско. Неужели трудно понять, что надо сейчас купировать гордость, как хвост собаки. Ни к чему все, зачем навешивать на себя маски, с какими не совладаешь.
— Я-то засуну, ты что будешь делать. По тебе за километр видно, что деньги нужны. Я предлагаю обучение, служебное жилье и хорошую зарплату.
— Нет.
Ясно. Все предельно ясно.
Упрямая, как осел. Не насильно же ей пачки в руки совать. Шагаю по помещению, кляня прежнего владельца. Мог бы и пошире площадь охватить. Я тут как тигр в клетке. Едва плечами между стен помещаюсь. И близость с ней … невыносима.
Стояла бы хоть она на месте. Ерзает, руки заламывает. Любое движение пиздецом по телу прокатывается. Успокойся уже, хватит. Но не могу. Я буквально вдыхаю ее. Уникальная. Запах снова будоражит, едва до ноздрей долетает тонкий аромат пионов. Не понимаю почему Алёнка ими пахнет. Это не парфюм, нет. Это ее кожа.