— После суда. Сначала разберёмся с главным.
Но главное — это не суд. Главное — это мы. То, что между нами происходит. То, что я
чувствую, глядя на этого изменившегося человека рядом.
Суд назначают через две недели. За это время мы живём каждый у себя, но видимся ежедневно.
Ростислав забирает Кристину из садика, гуляет с ней, выполняет все её прихоти. Я не
протестую – Крис сейчас это очень нужно.
Ещё он помогает мне с поиском новой работы. Названивает знакомым, рекомендует меня в
частные школы. Не навязывается, не пытается решить всё за меня. Просто помогает и даёт самой
принять решение.
— Зачем ты это делаешь? — Спрашиваю однажды.
— Потому что хочу, чтобы ты была независимой. Хочу, чтобы твоё решение обо мне было
свободным выбором, а не вынужденной необходимостью.
И это тоже новое в нём. Раньше он любил, когда я от него зависела. Это делало его нужным,
важным.
В день суда зал полон журналистов — дело Краснова и Холмского стало знаменитым. Есть
мнение, что Ростислав получит условный срок, а Краснову светит реальный срок, как минимум
лет десять.
Судебный процесс длится три дня. Ростислав даёт показания против Краснова подробно, не
скрывая и своей роли в махинациях. Для суда важно, что он раскаивается и сотрудничал со
следствием.
Краснов пытается обвинить во всём Ростислава, называет его главным организатором схем. Но
доказательств у него нет, а показания Ростислава подкреплены документами.
В последнем слове Ростислав поворачивается в мою сторону:
— Ваша честь, я не буду оправдывать свои действия. Я виновен в том, что участвовал в
незаконных схемах. Виновен в том, что долго молчал о преступлениях. Но больше всего я
виновен перед своей семьёй, которую разрушил своим поведением. Я не прошу снисхождения для
себя. Прошу лишь дать мне шанс стать лучше. Стать отцом, которого заслуживает моя дочь. И
человеком, который достоин прощения жены… бывшей жены.
Последние слова он произносит, глядя прямо на меня. В зале воцаряется тишина.
Приговор оглашают на следующий день. Краснов получает двенадцать лет строгого режима.
Ростислав год условно с обязательными общественными работами. Какое-то время он будет
работать бесплатно как адвокат. Ему ещё повезло, что его не лишили лицензии.
— Суд учитывает активное сотрудничество со следствием, — говорит судья. Полное признание
вины, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребёнка и положительные характеристики с
места работы.
Ростислав оборачивается в мою сторону. На лице у него удивление, он сам не ожидал такого
мягкого приговора. И я чувствую облегчение.
— Ты свободен. Всё обошлось. Я правда рада. — Говорю ему, когда выходим из зала суда. И
впервые за много месяцев улыбаюсь ему искренне.
— Да. И что теперь?