— Откуда ты знаешь? У тебя нет детей.
— Нет. Но я знаю, что значит расти в семье, где родители врут друг другу. Где мама
притворяется счастливой, а папа делает вид, что всё нормально.
— Ваши родители развелись?
— Нет. Мама терпела до конца. Но я всё детство слышал их ссоры по ночам, видел мамины
заплаканные глаза. Она думала, что ради меня держит семью. Только правда в том, что я на
самом деле мечтал, чтобы они развелись.
Смотрю на него с удивлением. Не ожидала таких откровений.
— Полина, поверь мне, лучше честный развод, чем лживый брак. Кристина это поймёт, когда
вырастет.
— Сейчас она страдает.
— Тебе невыносимо видеть боль дочери, но дети адаптируются. Но взрослые, которые всю жизнь
живут во лжи, рано или поздно они ломаются.
Кристина подбегает к нашему столику, раскрасневшаяся, счастливая.
— Мама, я познакомилась с девочкой Машей! Она сказала, что сюда каждую неделю приходит с
папой. А её мама работает. Можно мы тоже будем сюда приходить?
— Не знаю, солнышко. — Думаю о том, что из-за работы у меня мало времени остаётся на дочь.
И пусть Холмский должен выплачивать нам алименты, работать мне всё равно нужно.
— Я могу приводить. — Неожиданно для нас обоих говорит Александр. — Если мама не против.
Кристина хлопает в ладоши:
— Ура! Дядя Саша, а вы будете как мой второй папа?
Александр смущается, а я чувствую, как краснею. Детская простата, Крис, как всегда, до
ужаса прямолинейна.
— Крис, Саша просто наш друг. — На Сашу даже не смотрю.
— А почему нельзя дружить и быть вторым папой? — Удивляется она. — У Маши два папы, один
настоящий, а другой мамин муж. И оба её любят.
Устами младенца глаголет истина… Наконец решаюсь посмотреть в глаза Александра, и он
смотрит на меня. И во взгляде вижу что-то такое, от чего сердце начинает биться быстрее.
— Кристина, иди пока поиграй. Мы с дядей Сашей поговорим.
Дочка убегает, а мы молчим. Наконец он говорит:
— Полина, я не хочу давить на вас. Понимаю, что сейчас не время для новых отношений. Но я
хотел бы помочь. Вам и Кристине.
— Зачем?
— Потому что мне небезразлично, что с вами происходит.
Простые слова, а сердце замирает. Непривычно слышать подобное не от мужа, а от другого
мужчины. И пусть я не собираюсь быть монашкой, всё же у меня целый вагон сомнений.
— Саша, я не готова. После всего, что случилось, не могу сейчас никому доверять.