— Мам, я бы на их месте сейчас задалась совсем другим вопросом.
Женщина напротив меня нахмурилась, но на лице не появилось и морщинки — так она хорошо за собой ухаживала.
— Каким?
— Чем они будут платить за съем этой самой студии через три дня.
На ночь я выключила звук, но никак не могла позволить отключить телефон и отключиться от жизни, чтобы впасть в уныние и оплакивать предательство мужа и свою внезапно рухнувшую семейную жизнь.
Мама и Мирабелла всегда были потребителями. Пользователями того, что я могла им дать и давала. Моя единственная семья. Другой не было — поэтому мне казалось правильным помогать им всем, чем я могла.
Отец смотрел на это спокойно, никогда не вмешивался и ничью сторону не принимал. Ему было комфортно оставаться в тени мамы и принимать все жизненно важные решение с оглядкой на ее же мнение.
Так что я училась, работала и строила свою жизнь так, чтобы моя семья ни в чем не нуждалась.
Есть такая присказка, что “инициатива наказуема”. Что ж, я ощутила это сполна. Но как и раньше умела быстро справляться с жизненными ударами. Пережив столько неудачных попыток родить ребенка мне казалось, что я обросла непробиваемой броней. Настоящим стальным панцирем, от которого отскакивали и упреки матери и претензии сестры. Я спускала им с рук все это, потому что понимала — есть что-то гораздо хуже. А это просто маленькие инъекции адреналина.
Но вчерашний вечер показал, что семья приготовила мне настоящую атомную бомбу.
Им удалось пробить брешь в моей защите, обнажить все надежды на счастливое будущее и отбросить на несколько шагов назад.
Было по-настоящему больно.
Но настал новый день, утром меня поднял будильник, который не отключался при выключенном звуке и, проснувшись на диване в гостиной я поняла, что вполне могу встать и собраться на работу.
После горячего душа высушила голову и даже нашла в себе силы сделать укладку и макияж. В конце концов я давно научилась отделять личные проблемы от рабочих иначе никогда бы не смогла занимать свою должность.
На улице уже было достаточно холодно, поэтому достала пальто, взяла ключи от машины и спустилась вниз, чтобы обнаружить пустое парковочное место.
Черт возьми! Чернышев знал, что мне сегодня на работу и все равно куда-то уехал. Может быть подавать на развод? От этой мысли что-то неприятно кольнуло внутри.
Через приложение я вызвала такси и оно быстро доставило меня в перинатальный центр. Еще по пути на работу удалила не читая все полученные от родни сообщения. Сбросила пропущенные, которых оказалось особенно много от сестры. Что же она такого хотела или могла мне сказать?