Папа гладит животик. Тот у него, навскидку, тянет на шесть месяцев примерно. Скоро сравняемся!
— Это кто ж такой щедрый? – окинув взглядом «дары», уточняет папуля, — Артур, али Марк?
— У нас и ещё один кандидат имеется нынче, — мама с ехидцей косится, — Кириллом зовут. Новый Улькин начальник.
— Ох, сердцеедку вырастил, ты погляди! – шутливо журит меня папа.
Я по-детски краснею. Мы с мамой не стали ему говорить про нас с Марком. Он думает, я «отомстила» Артуру. Ни к чему папе знать! А то ещё удар хватит. Он и так тяжело перенёс обе новости. Одну — от расстройства. Другую – от радости. Что станет дедом, воспринял в слезах.
— Ну, а то! – подхватывает мама, — Замужем за одним, ребёночка ждёт от другого, а глазки третьему строит!
Я окончательно заливаюсь краской. Допив смузи, встаю:
— Да ну вас! – и, прихватив кусочек торта, ухожу в свою спальню.
Здесь всё как в детстве. В углу колыбельная. В ней плюшевый мишка, зайка с бантиком на ухе. Я сажаю пчелу, принесённую Марком. Машинально берусь за деревянный край и начинаю качать.
— Баю, баюшки, баю, не ложися на краю, — вырывается тихо.
Усмехаюсь самой себе. Как жить? Не представляю! Но знаю одно. Я рожу малыша. И я буду любить его сильно. У него будут чудесные дедушка с бабушкой. Двоюродный братик и дядя. А папа? Ну… Как повезёт.
Смартфон на тумбочке пиликает. Я беру его в руки. Вздыхаю.
Марк пишет:
«В камерном театре идёт «Холстомер». Ты не хочешь сходить? ».
Знаю этот спектакль. Была на нём как-то с Артуром давным-давно. Плакала, помню. А он не смотрел! Слушал звуки. Сказал мне потом, что озвучка была бездарная.
« А когда? », — уточняю.
Хотя не пойду. Ведь знаю заранее! Так зачем тогда спрашиваю? Чтобы не отказывать сразу. Всё-таки, Марк озаботился. Тортик принёс.
« В эту субботу », — пишет он вскоре.
Я сажусь, прячу ступни под себя. Я так много раз думала, как расскажу ему правду. Конечно же он не оставит меня! Но хочу ли я этого?
« Я подумаю », — пишу.
Я скучаю по нам прежним. По «Тисман Паблишинг», в котором работала с юности. По нашему коллективу, где каждый старался как мог! По тому времени, когда могла войти в кабинет Марка. Шутить, улыбаться ему…
Злость улеглась, но обида осталась. «Питер Ко» не заменит мне этого! Слишком срослась я с издательством. До такой степени, что как-то раз увидав Веронику в бассейне, пустила слезу. Я же терпеть не могу Веронику Беляеву! А вот увидела и накатило.
« Извини , в субботу не смогу. Занята », — пишу Марку.