— Чтобы я тебя близ моей дочери больше не видел, Орлов, — повторился генерал. — Удали ее контакты. Просто забудь про нее.
— При всем уважении, ваше сиятельство, вы, по меткому выражению вашей дочери, входите на территорию с названием «не твое дело», — слово «собачье» я опустил. Собеседник — граф все-таки и генерал-лейтенант. — Мы с Марией взрослые люди. Сами решим, как нам строить наши отношения. Происхождением я ей равен. Хотя нынешний социальный статус, конечно, не внушает.
— Ах ты!.. — Он вскинулся и вдруг обмяк. Я прямо услышал, как с перебоем стукнуло сердце. Генерал потер грудь и посмотрел на меня уже без прежнего пыла. — Даже интересно было бы посмотреть, как вы поженитесь и народите детишек с говённым характером, как у доченьки и у тебя. Пятьдесят на пятьдесят. Тогда вспомнил бы меня, «взрослый человек» Орлов. Но этому не бывать. Плевать мне, кто ты такой. Я никогда дочери в делах сердечных не указывал. Она… Мария искалечена. Врачи вчера даже на жизнь ей положительный прогноз не давали. Вот выйдет она из госпиталя вся перекореженная, что делать-то будешь? Самостоятельный Орлов? А? Сбежишь в ужасе, молокосос, вот что. Иди уже. Я распоряжусь, чтобы тебя вниз отправили.
— Что сделаю? Ну, для начала целителя найду, экстра-класса. Бросать друга ли, девушку ли оттого, что с ней случилось несчастье, не в моем стиле. Я же говорю, мы сами разберемся. Главное, чтобы она живая была, — последняя фраза вырвалась у меня помимо воли. И эти слова были, наверное, самыми искренними, что я произнес за весь наш разговор.
Я встал и обратился к генералу, опять игнорируя контрразведчика, опередив того буквально на секунду.
— Ваше сиятельство. Позвольте оставить вам мой прямой контакт. На всякий случай, — по идее контакт у меня должен был сейчас взять ротмистр. Но зачем он мне сдался-то?
Истомин потер серые от усталости веки и молча протянул мне свой телефон. Я коснулся его своим, и наши нейро сконнектились. Истомин, как и положено аристократу, свой контакт в ответ тоже дал. Ну все. Единственный бонус от этого дурацкого разговора я получил. Пора уходить.
— Да, ваше сиятельство. Вы наверняка у палаты свою охрану оставили. Пожалуйста, во избежание недоразумений, предупредите их, что я друг вашей дочери и у меня есть доступ.
— Или что? — со слабым интересом спросил Истомин. Ему бы таблетки принять, а он, очевидно, при мне не хочет.
— Или я их всех в окошко повыбрасываю, — ответил я спокойно. — Хотелось бы в больнице обойтись без насилия.
— Наглец, — генерал вяло улыбнулся. — Иван?
— Я распоряжусь, — ответил контрразведчик. — А то, судя по тому, как молодой человек нашего Нечипоренко об плац грохнул, у охраны и вправду могут проблемы возникнуть.