Он поставил бокал, звякнув им о поверхность стола, и посмотрел на меня прямо. Его глаза при этом были затуманены, как будто он целиком вернулся в воспоминания. Затем он вздрогнул, и его взгляд снова стал пронзительно-острым. Взглядом профессионального опричника.
— Есть вещи, о которых не пишут в учебниках, Алексей Григорьевич. Есть вопросы, ответы на которые не найти в открытых источниках. Род вашей матери, Анастасии Синицыной, был уничтожен не за предательство или заговор против власти князя. Это все было высосано из пальца. Нет. Это была казнь. Показательная и очень жесткая.
Он откинулся в кресле, и его пальцы снова принялись медленно выстукивать ритм по подлокотнику.
— Синицыны были гениями. И, как все гении, слепы в вопросах политики. Совершив очередной научный прорыв, они обошли своего прямого покровителя — князя Воронцова, и вышли напрямую на Императора с докладом и готовым к реализации проектом. Проектом создания истинного Искусственного Интеллекта. Не тех жалких подделок, которые работают на нас как слуги и поисковые машины. Нет. Истинный разум, способный мыслить и принимать решения. Но разум машины. Перспективы вырисовывались сказочные. Синицыны грезили машиной, способной решить любую задачу империи — от управления эфирными потоками до предсказания будущего. Они думали, что преподносят Трону ключ от вечного царства. Идиоты. Самое смешное, что если бы они посоветовались с Воронцовым, то, возможно, того, что произошло в дальнейшем, удалось бы избежать. Но нет.
Барон сделал паузу, чтобы убедиться, что я понимаю ситуацию. А я слушал и мотал на ус. Всего этого я действительно не знал и даже не подозревал ничего подобного.
— Трон увидел в их творении не инструмент, а угрозу. Разумное существо, которое однажды может задаться вопросом: а зачем ему нужен Человек? Настоящий машинный разум величайшее табу. Причем у Трона к этому есть далеко не одно основание, и ни одного из них я на самом деле не знаю. Могу только догадываться, что это табу, основанное на экзистенциальном страхе творца перед творением. Император в частном порядке запретил исследования и потребовал от Синицыных уничтожить результаты.
— Догадываюсь, что последовало, — задумчиво произнес я, отхлебнув уже остывший кофе. — Они не остановились.
— Они даже не сильно скрывались, — барон развел руками. — Когда эти обстоятельства, не без косвенного участия вашего покорного слуги, всплыло… Князь Воронцов получил от Государя карт-бланш. И он раздавил Синицыных. Показательно, с особым тщанием. У него были свои счеты к этому роду. А после того как Синицыны пытались прыгнуть через его голову, этот счет явно увеличился. Миру представили кривую сказку о шпионаже Синицыных в пользу Орды. Это был не просто приговор роду. Это было послание всем, кто был в курсе, то есть всем князьям. Смотрите, что бывает с теми, кто игнорирует главные запреты и требования Императора. С теми, кто считает себя вправе заходить за грани дозволенного и заигрывать с основами мироустройства.