Впрочем, на загадки времени катастрофически не хватало. Я была на грани отчаяния: ресурсы таяли, а список дел пух на глазах. Покупка лошадей, блокада поставщиков, личный визит к тритонам в порт — не Уилли же отправлять на переговоры с морским народом! А еще лекции в Университете и работа в ведомстве Тео… В сутках по-прежнему было всего двадцать четыре часа, и это казалось личным оскорблением.
Единственным светлым пятном был Ларр. Мы ежедневно переписывались через магические шкатулки, и я не могла нарадоваться: брат справлялся блестяще. Расчеты идут, «Замок с драконом» процветает, тематические дни собирают аншлаги. Но главное — он научился отвечать за своих людей. Ларр даже вовсю рекламирует «Ночную кобылу» и наши дисконтные карты. Умница мой.
В столице все шло со скрипом. Очир сообщил, что по приказу Иштар они изготовили для меня вывеску и скоро доставят ее в Орлум. Честно? Мне страшно представить этот «шедевр». Кочевники и изящные искусства в моей голове не монтировались никак. Не повесить — оскорбить весь степной народ. Повесить убожество — закрепить за гостиницей неблагозвучное прозвище, которое потом и магией не вытравишь. Открытие должно быть безупречным, иначе репутация пойдет прахом.
Я вошла в свой крошечный «личный кабинет» и сразу заметила на столе папку. Мои мальчишки прилежно выполняли «домашнее задание» — писали отчеты по каждому поручению. Бюрократия, чтоб ее, зато в головах у них порядок, а у меня — наглядный результат. Сверху лежал доклад от Пуффе по лошадям. Сухо, по форме, как я и учила.
Я проглядывала отчет Пуффе, и в груди закипало глухое раздражение. Столичный рынок лошадей оказался выгребной ямой: животных держали в скотских условиях, а чтобы сбыть старых, больных кобыл, им подмешивали в питье какую-то настойку. Шерсть лоснилась, глаза блестели, а на деле — живой труп, не способный протащить повозку и мили. А за здоровых скакунов запрашивали столько, будто они подкованы чистым золотом. Местные воротилы явно держали покупателей за идиотов.
Отчет по охранным агентствам оптимизма не добавил. Местные «ЧОПы» меньше всего напоминали профессионалов: мутные договоры, подозрительные рожи и полное отсутствие дисциплины. Из пяти вариантов я выделила два — придется ехать лично, чтобы понять, можно ли доверить этим людям хоть что-то ценное.
— Госпожа! — в кабинет ворвался Асек, напрочь забыв о моем запрете.
Я хмуро посмотрела на мальчишку. Я не самодурка, но мое личное пространство — это единственное, что удерживало меня от нервного срыва. Правило «постучи и жди» было высечено в граните, но, судя по лицу Асека, мир снова решил рухнуть.