Может, он боится, что я выкину очередной фортель при встрече с Ричи Хоупси? Или его так доконала бессонная ночь? Я поймала его взгляд: темный, опаляющий, и внезапно поняла — дело не в политике. Если даже Королю тяжело контролировать свою сущность, то что сейчас творится в голове у Теодора, когда он вынужден идти рядом со мной, соблюдая дворцовый этикет?
— Чудовище, — вкрадчиво произнес он, и я почувствовала, как по спине пробежал жар, — платье хоть для меня надевала?
Я удивленно покосилась на него. О каком платье речь? Сейчас на мне был строгий наряд, стилизованный под костюм кочевников: закрытый, практичный, идеальный для долгого перехода. Неужели он все еще думает о том небесно-голубом «нечто» из тончайшего шелка, которое я так опрометчиво продемонстрировала ему в кабинете?
— А что? — я попыталась вернуть себе маску безразличия.
Тео загадочно фыркнул, и я увидела, как его пальцы судорожно сжались, будто он чувствовал под ними ту самую ткань.
Он не ответил, лишь ускорил шаг, на ходу снова надевая маску невозмутимого дипломата.
Ритуальное приветствие степняков, фраза про благословение священной кобылицы… Я видела, как он ведет Очира, и понимала: там, впереди, решаются судьбы стран, а здесь, позади, я пытаюсь не сгореть от собственного стыда.
Наблюдая за его спиной, я осознала: мой «план соблазнения» сработал слишком хорошо. Настолько хорошо, что теперь я сама боялась последствий. Зверь внутри Теодора не просто проснулся — он жаждал реванша за каждый мой холодный взгляд и тот поцелуй, подаренный другому.
Я перевела взгляд на Юлдуз, которая покорно семенила рядом. Если в этом мире мужчины так покровительственно смотрят на наш пол, то почему же мне кажется, что прямо сейчас я нахожусь в эпицентре бури, которой не сможет управлять даже Тень Короля?
— Госпожа подумала… что я претендую на ее мужчину? — внезапно прошептала девочка после долгого молчания.
— Прости меня, Юлдуз, — я покаянно склонила голову. Что я могла ей сказать? Что была в слепом бешенстве? Что чуть не задушила ее в мыслях из–за неправильно понятого слова «секретарь»?
— Я бы никогда, госпожа! — горячо зашептала она, и в ее глазах вспыхнул фанатичный огонь. — Скорее бы меня разорвали сорок кобылиц, чем я бы посмела поднять глаза на твоего избранника! Я бы сама вонзила кинжал в свое сердце, потребуй от меня отец разделить с ним ложе!
Я едва не поперхнулась воздухом. Ничего себе накал страстей! Хорошо, что это недоразумение осталось между нами, иначе дипломатический скандал похоронил бы мир под грудой трупов. Интересно, Иштар бы оценила такую жертвенность или просто посмеялась бы над моей глупостью?