Я молчала, кусая губы.
Тело пылало, но в груди сжимался холодный ком — страх, стыд, непонимание. Это не было похоже на тот сон, где его прикосновения будили нежность. Сейчас в каждом движении чувствовалась власть, испытание — будто он проверял, как далеко я позволю зайти.
— Отвечай! — рыкнул он. Зубы клацнули у шеи. — Нравится?
— Н-нет! — всё же вырвалось у меня.
И он засмеялся — неприятно. Зло.
— Зачем ты врёшь, вишенка. Я оборотень. И прекрасно чую твоё состояние. Ты меня хочешь. И в прошлый раз хотела. А сегодня взгляда не сводила. Очень… говорящего взгляда.
— Дейвар… — попыталась я вырваться, но голос сорвался на стон, когда его ладонь упёрлась между моих ног. Даже сквозь ткань жар от прикосновения прожигал кожу.
Стыд и желание смешались в клубок, застрявший в горле. Я впилась ногтями в его запястье, но не отталкивала. Тело предательски тянулось к арху, к этой боли-наслаждению, к огню, который мог сжечь дотла.
— Чего ты добиваешься? — зарычал он, опять уткнувшись носом в мою шею. Он вдыхал снова и снова, будто настоящий зверь. Его дыхание неровно билось о мою кожу. — Тебя ведьма надоумила?
Я аж дёрнулась от испуга.
— Ведьма⁈
Дейвар отстранился, заглянув мне в лицо. Его ледяной взгляд сделал мне больнее любого укуса.
— Да. Та тварь, что носит в себе семя тьмы. Та, что показывает в вашей Обители дурные фокусы с цветами зимой.
— Это Ньяра…
— Чушь! — рявкнул ирбис. — Богам плевать на смертных! Тут всюду разит чёрной магией. Ты знаешь, кто это делает⁈
— Нет! — испуганно выкрикнула я.
— Тогда кто приказал тебе меня соблазнить?
— Я не… не соблазняю! — Я толкнула его в грудь.
Дейвар не выпустил из объятий, но его пальцы соскользнули из-под мантии, легли на талию.
— Хоть раз скажи правду, пташка, — в его голосе прорвались колючее раздражение и злость. — Чего добиваешься? Что скрываешь? Я — твой враг. А ты без всякой опаски подходишь. Ты — в клетке с голодным зверем, а ведёшь себя как… И так странно пахнешь. Словно… — и он снова втянул воздух у моей шеи. А потом взялся за воротник, потянул, явно желая оголить то место, где шея переходит в плечо.
Ткань затрещала. Но я вцепилась в его руку.
— Не надо! Хватит.
И Дейвар замер, глядя мне в глаза.
— Ого. Ты умеешь говорить «нет». Тогда, может, ты умеешь говорить и правду?
— Какую правду⁈
— Ты сотрудничаешь с ведьмой?
— Нет!
— Тогда почему от тебя пахнет мной? Как будто мой зверь тебя пометил.
Всё во мне замерло.
Тело онемело. Я перестала дышать.
Я сидела на коленях арха в крепком плену мужских рук. Его ладонь жгла мою талию даже сквозь грубую ткань мантии. Вторая держала ворот, но Дейвар больше не пытался его порвать, чтобы добраться да плеча.