– А ещё солдат требует война. Доверие строится не так.
– Доверие, арх Дейвар, штука хрупкая.
– Скажите это замёрзшим в снегах детям и старикам, которых волки не пустили за стену, когда скверна подступила к горлу.
Мужчины будто не разговаривали, а перекидывались клинками, наблюдая, получится ли засадить сталь поглубже. Воздух в зале сгустился. Я старалась не выдавать охватившую меня тревогу.
Но тут вмешалась Виктория. Её мелодичный голос мягко сгладил нарастающее напряжение:
– Руанд сдерживал подступающий мор, ради спокойствия своих земель. Как бы ни было сложно – пришлось выбирать. Я уверена, что арх Ледяных Земель, столкнувшись с подобным непростым выбором, понял бы его.
– Вы правы, – холодно ответил арх, бросив на девушку короткий взгляд, – но каждый выбор имеет последствия. И если мне не изменяет память – а она мне не изменяет, уверен, – в прошлом именно Руандом были нарушены договорённости между нашими землями. И теперь союз земель разрушен, а Ледяной Край понёс невосполнимые потери.
– В потерях ледяных земель вины Руанда нет, – резко ответил Алан. – Мы защищали свою границу! И теперь из доброй воли к братскому народу готовы протянуть руку помощи. В письмах я подробно изложил, что в это входит. Если требуется увеличить гуманитарные поставки…
– Меня волнуют не поставки, а ваши войска, что последуют за ними. Как глубоко они зайдут на наши земли?
– Если это то, что волнует арха, то мы не станем пересекать границу земель.
– И где, по мнению Руанда, она пролегает?
Поднявшись, Алан склонился над картой на столе. Его палец указал на извилистую линию.
– Линия по хребту Драконьего Ветра остаётся неизменной. Это историческая граница, закреплённая ещё Серебряным договором.
Дейвар хмыкнул, не глядя на карту. Его взгляд был прикован к лицу волчьего короля.
– Серебряный договор был подписан, когда по ту сторону хребта ещё цвели луга, а не лежали мёртвые земли. Но сейчас реальность изменилась. Руанд первым нарушил договор. И теперь наши охотничьи угодья простираются дальше, к Озёрному Краю. И они наши – по праву.
– Интересный выбор слов, – подняв серые глаза, Алан остро усмехнулся. – По какому праву? Праву сильного? Тогда по той же причине, мы можем говорить о праве моих воинов стоять на тех же самых скалах. Чтобы… наблюдать за восстановлением этих угодий. Для общей безопасности.
– Наблюдать… – голос Дейвара понизился до опасных нот. – Или контролировать?
– После таких потрясений государство бывает… слабым, – Алан налил себе воды из хрустального графина. – А слабость привлекает хищников. Говорят, на освободившихся ото льда равнинах уже шныряют банды мародёров. Из числа ваших же, кстати, выживших. Кто будет наводить там порядок, арх? Ваши истощённые отряды, разбросанные по тысячам вёрст?