Волосы Алана были цвета воронова крыла. Лицо – с резкими, жёсткими чертами, а глаза – серые, как зимнее небо перед бураном – ледяные и пронзительные и даже в чём-то “препарирующие”.
Этого оборотня я видела впервые. А вот он, казалось, меня узнал. Глянул так мрачно, что моё нутро похолодело. Инстинкт взвыл: “Опасность!” Но Дейвар тут же мягко сжал мою руку, передав волну уверенности по алааре. При этом зверь моего арха предупреждающе оскалил клыки в сторону Алана.
Тот, несомненно, это ощутил. Выражение лица Короля волков осталось нечитаемым, однако в комнате как будто похолодело.
“С таким можно договориться?!” – мелькнула тревожная мысль.
Его супруга, Виктория, осталась сидеть за столом. Хотя я только недавно начала изучать этикет, но уже знала, что это дозволяется.
И если Алан был подобен тёмной туче, то она – солнечному лучу, пробивающемуся сквозь неё.
По сравнению с волчьим Королём она выглядела хрупкой. Её тёмные волнистые волосы были убраны в элегантную причёску, подчёркивающую изящную линию шеи. Глаза – лазурные горные озёра – смотрели спокойно и внимательно. Бархатная кожа словно светилась изнутри.
Виктория была невероятно красива, и от этой красоты на мгновение перехватило дыхание. Но что странно… едва наши взгляды пересеклись, как в груди заворочалась щемящая тоска, а в голове промелькнул смутный, неуловимый образ: тёмные волосы на подушке в заплатках, тихий смех… и чувство глубокой, детской привязанности.
Я смущённо отвела взгляд, списав всё на нервы.
Представились мы сухо, по титулам. Рукопожатия мужчин были краткими. Я обменялась с Викторией кивками.
Мы сели за массивный дубовый стол, где посередине лежала карта земель, а сторонам стояли напитки и закуски. Но к еде никто не притронулся.
Разговор начался с формальностей – благодарностей за согласие на встречу, надежд на плодотворный диалог. Голос у Алана был низким, ровным, каждое слово выверено. Видно для него подобные переговоры – часть обыденности.
Но после первых формальных реверансов разговор быстро свернул на опасные тропы.
– Положение дел после… отступления скверны, внушает осторожный оптимизм, – произнёс Алан, глядя на Дейвара. – Руанд заинтересован в стабильности по всем своим границам.
– Звучит красиво, но видим ли мы процесс “восстановления стабильности” одинаково? – Дейвар выражался куда прямее, без дворцовой витиеватости. – Наши земли восстанавливаются. Люди возвращаются к жизни. Нам нужны гарантии.
– Какие именно?
– Что Руанд под видом “продовольственной помощи” не заведёт войска.
– Но обеспечение безопасности всегда требует солдат, – пальцы Алана медленно выстукивали ритм по дереву стола.