— Вы когда‑нибудь бывали за пределами Семиры?
Голос донёсся сзади. Приятный, хрипловатый, с той самой интонацией, которая звучит слишком ровно, чтобы быть полностью искренней.
Я обернулась. Передо мной стоял джин.
«Самый настоящий. Джин». Конечно, я знала об их существовании. Читала трактаты, слышала истории. Но верила ли? До этого момента — не до конца.
Лок Вейн. Имя всплыло из памяти, оно было в списке приглашённых преподавателей.
И, надо признать, выглядел он впечатляюще. Высокий, широкоплечий, с хищной, но удивительно обаятельной улыбкой — такой, что невольно улыбаешься в ответ. Ямочка на щеке придавала облику почти мальчишеское очарование, странно контрастируя с властной осанкой и тяжёлой энергетикой, которую он даже не пытался скрывать.
Тёмные, длинные волосы, были заплетены в сложную систему кос. Тонкие кожаные шнурки, вплетённые в пряди и переливающиеся металлические нити. При малейшем движении они дрожали, издавая едва слышный перезвон, словно совершая свой, личный ритуал. «Сколько часов потрачено на создание этого?» — мелькнуло в голове. Но больше всего завораживали глаза. Два ярко-жёлтых, миниатюрных солнца. Бездонные. В них читалось спокойное, почти анатомическое любопытство. На руках, чуть подрагивая, светились руны древнего языка. Они то угасали, то вспыхивали ярче, подстраиваясь под ритм дыхания. Тёмная кожаная куртка с высоким воротником, украшенная тиснением в виде мистических узлов, рукава закатаны до локтей… Весь его вид кричал: «Я знаю, что выгляжу потрясающе. И мне это нравится».
Его взгляд задержался на мне на долю секунды дольше, чем требовал этикет.
Я невольно напряглась. Не потому, что он был опасен. А потому что создавал ощущение, будто видит на шаг дальше и на вдох глубже, чем я готова показать.
— Нет, — ответила, стараясь выровнять голос. — Говорят, за её границами — лишь пустота и забытые легенды.
— О, уверяю вас, там гораздо интереснее, — Лок улыбнулся, отступая на полшага, давая пространству дышать. — Даже чем в Асхарте. Хотя… страна ледяных драконов тоже впечатляет. Удивительно: ещё год назад была полностью закрыта для чужаков, а теперь открывает академию для всех рас.
При одном только названии что-то внутри сжалось. Тихо, глубоко, словно провели холодными пальцами по позвоночнику.
Я не была там.
…или была?
Мысль мелькнула и растворилась, оставив после себя неприятное, липкое ощущение, как от сна, который не удаётся вспомнить, но тело зафиксировало каждую дрожь.
— А мы — почётные первооткрыватели, — сказала я улыбнувшись. — Звучит… амбициозно.