Слова были старыми, на забытом языке, но они оживали на моих губах, наполняя воздух вибрацией. Энергия в комнате сгущалась, и я чувствовал, как она впитывается в моё тело, расширяя каналы магии.
Боль пронзила меня, как раскалённый клинок. Мышцы напряглись до предела, кожа покрылась испариной. Но я знал — это неизбежная часть процесса. Источник не увеличивается без боли.
Прошло несколько часов, прежде чем я смог открыть глаза. Котёл остыл, зелье внутри превратилось в густую тёмную массу. Я поднялся на ноги, ощущая лёгкое головокружение, но вместе с ним — и новую силу.
Это сработало… А разве могло быть иначе?
Я разжал кулак и выпустил тонкую нить энергии. Она вилась вокруг пальцев, послушная и яркая. Теперь запас увеличился почти на треть. Я стал на шаг ближе к уровню выше.
За окном уже светало, а значит, скоро начнётся новый день.
В коридоре послышались спешные шаги. И через секунду в дверь обрывисто постучали.
— Войдите! — приказал я, с трудом поднимаясь с пола. Голова слегка кружилась после ритуала, но в остальном я чувствовал себя также, как всегда.
В проёме показалась голова слуги. И следом раздалось короткое донесение:
— Прибыло доверенное лицо князя Велеславского — Немиров Константин, ваше сиятельство. Желает вас видеть.
— Немиров? — переспросил я. Неужели мне не послышалось?
Был ли он родственником нашего капитана? Не из кровной ли вражды хотел его убить? Как он узнал, что его брат здесь? Или Велеславский решил заключить со мной перемирие после того, как не сумел расправиться со мной тогда в лесу, подослав головорезов? Столько вопросов разом поднялось у меня в голове.
— Да, Немиров, ваше сиятельство, — подтвердил слуга, не видевший никаких странностей.
— Скажи ему… Хотя нет, я уже иду.
Я сгладил складки на рубашке, смахнул пыль с рукавов и сделал глубокий вдох, стараясь выровнять дыхание. Головокружение от ритуала почти прошло, оставив лишь привычную пустоту в душе, которую заполняла новая, холодная сила. Визит советника князя Велеславского, да еще и с такой фамилией, не сулил ничего хорошего. Мирные посланцы не приезжают на рассвете, когда на стенах еще не до конца остыл пепел недавней битвы.
Я вышел в коридор и направился в главный зал, который теперь служил нам штабом, складом и лазаретом одновременно. Воздух здесь был густым от запахов лекарственных трав, пота и металла.
На пороге, рядом со столом, заваленным картами и чертежами, стоял незнакомец. Он был одет в дорогой, но практичный темно-синий деловой костюм без лишних украшений, с серебряной заколкой на груди в виде волчьей головы. Его поза была непринужденной, но взгляд — острым, как шило, и он уже успел оценить каждую трещину на стене, каждую щель в полу, каждого уставшего ополченца, дремавшего в углу. Это был взгляд человека, привыкшего считать и вычислять слабости.