— Такой же честный человек, как и Вы, находящийся на тайной службе, о чем имеются все надлежащие документы в известном департаменте… Можете справиться при случае у Сергея Васильевича Зубатова, он разрешил… А в студенческом движении я отвечаю за оперативную работу и выполняю некоторые деликатные поручения, — Савинков, казалось, вообще не замечал смятения и внутренней борьбы двойного агента. — В субботу по условному сигналу нами был вскрыт пакет генерала Трепова с предписанием оперативных мероприятий, в ходе проведения которых выяснились любопытные обстоятельства, в частности — роль вашей организации в воскресных событиях, где погибли в том числе и наши активисты, причем не от солдатских штыков и пуль, а вот от этого, — и Савинков достал из кармана и поставил на шляпную полку пулю от браунинга. — Знакомая штуковина, не так ли, товарищ…
— Вот что, господин студент, — окрысился Азеф, — а ну-ка забирайте своё барахло и валите отсюда, не знаю я ничего ни про субботу, ни про воскресенье… и про понедельник, на всякий случай, тоже…
— Я-то уйду, — вздохнул Савинков, — но вот рабочие… Они каким-то образом тоже узнали, кто из-за их спин стрелял в солдат, и где вас искать. Если я не ошибаюсь, — гость наклонил голову, прислушиваясь, — они уже здесь… Ну хорошо, не буду, Евно Фишелевич, мешать Вам рассказывать возмущённому пролетариату, что вы тут ни при чем. Полагаю, что Вас ждёт вечер, полный ярких незабываемых впечатлений… Нет-нет, даже не смотрите туда — чёрный ход с потайной дверью в шкафу тоже блокирован.
— Подождите! Стойте! — лицо Азефа пошло красными пятнами. — Вы можете их остановить?
— Очень ненадолго, — притворно вздохнул Савинков, — только на время, которое потребуется Вам для написания краткого, но содержательного отчёта — кто и по чьему распоряжению ликвидировал наших филеров? Кто и по чьему поручению стрелял в солдат и в толпу? Ну и на сладкое — кто осуществил налёт на штаб — квартиру лейб-жандармерии?
— Это не я! Это не мы!! — как от гадюки, отпрянул от гостя Азеф.
— Знаю-знаю, что не вы, Евно Фишелевич, — с лица Савинкова не сползала улыбка, — мы за вами с субботы присматриваем. Но кто? По чьему приказу? Вы ведь знаете!.. Думайте быстрее — ваши друзья из рабочих кварталов уже поднимаются по лестнице…
— Да-да, хорошо, — как-то разом сник двойной агент, присаживаясь в кресло и беря в руки перо. На чьё имя писать?
— Вы солидный человек, Евно Фишелевич. Пишите сразу на имя Его Величества, а он уж разберется кому эту информацию передать…- Савинков незаметно переместился за спину к сопящему Азефу, старательно выводящему каракули. — Ну что же Вы тут загадки излагаете? Какой такой Луидор? Вот так и пишите — Луи Огюст, сын посла Франции маркиза де Монтебелло… А Москович — это кто? Парвус? Гельфанд? Ну хорошо, пишите через дефис — Александр Израильевич Гельфанд… Он же — Парвус… Что там дальше? Опять непонятно… Фальк, это фамилия? Псевдоним? Только не говорите, что не знаете… Вот и вспоминайте, учтите — у нас мало времени, слышите в дверь уже колотят? Что значит «хоть убейте»? Хотя мысль интересная… Ну хорошо, поставьте знак вопроса… А подпись? Стесняетесь? Да ладно, и так сойдёт. Всё-всё, иду выполнять свои обещания…