– Тим! – машет ему Гордеев.
Сводный устанавливает зрительный контакт со старшим братом своего приятеля и направляется к нам, совершенно не обращая на меня никакого внимания.
По его взгляду невозможно понять, удивлен он тем, что моим приятелем оказался Виктор, или нет. И мне, наверное, должно быть плевать на его мнение, но проблема в том, что все не так. Вопреки моим желаниям, для меня очень важно, чтобы он думал обо мне хорошо и не считал той жалкой и безотказной девицей, которой он назвал меня в машине.
– Здорово, – подходит он к нам и жмет руку Виктору.
– Здорово! Не ожидал тебя тут увидеть, – усмехается мой приятель, а я чувствую себя максимально некомфортно в этой компании. Ерзаю по стулу, желая сбежать немедленно подальше от сводного. Но у меня есть надежда, что Залесский поздоровается и все-таки уйдет восвояси.
Но вместо этого он выдвигает стул и садится к нам за столик.
– Вот это совпадение, да? – переводит Виктор взгляд с Тимура на меня и обратно. – Или вы вместе приехали?
– Нет! – спешу я опровергнуть эту бредовую идею, что после нашего последнего разговора с Тимуром воспринимается мной как оскорбление.
– А вы тут каким образом вместе? – Тимур равнодушно смотрит по очереди на меня и Виктора.
– Да так, общаемся, – ухмыляется Гордеев.
А ведь я Виктору даже еще не говорила про ту проклятую годовщину, на которую я должна прийти с парнем. Только получается, что я слишком много прошу от Гордеева, и это изначально ставит меня в более уязвимое положение, чем если бы мы поддерживали простое общение.
– И насколько серьезно ваше общение? – теперь Тимур впивается взглядом в Виктора.
– Это ты типа как брат Стефании спрашиваешь? – усмехается мой знакомый.
– Она говорила, что у нее с кем-то отношения. Вот я и решил, а не с тобой ли?
Виктор переводит на меня удивленный взгляд.
– Правда, Стефа? Отношения?
И в этот момент я готова провалиться сквозь землю. Но прежде надавать по голове сводному, той лопатой, которой я буду рыть себе подземный ход до Австралии.
Ну что за подонок? Вот зачем он намеренно меня унижает?
– А ты против, если у нас со Стефой будут отношения? – переключается на Тимура Виктор.
– Да мне, собственно, похуй, – отвечает лениво тот, в кого я по ошибке успела втрескаться, как кошка. И его равнодушие – лезвием по сердцу.
Глаза начинает щипать, а язык немеет и становится неповоротливым. Пользуясь тем, что к столику подходит официант, я поднимаюсь на ноги.
– Я на минутку, – сбегаю в туалет, стараясь не зарыдать по дороге.
Долгих пять минут мне требуется, чтобы продышаться, брызнуть в лицо ледяной водой и прийти в себя.