Игры мажоров. Испортить сводную — Юлия Михайловна Герман

– Ты в порядке? – хмурится он. – Какая-то… напряженная.

– Не выспалась, – не считаю нужным искать какие-то другие объяснения. Да и не в тех мы отношениях, чтобы я вываливала на него свои душевные переживания.

– Тогда по чашке кофе? – смотрит выжидательно.

– Конечно, – киваю, стараясь думать об основной цели этой встречи. Мне нужно встретиться с его другом. Потому что мне жизненно необходима работа.

– Пойдем, закажем что-нибудь покрепче.

Виктор кладет руку мне на спину и ведет к столику у окна. Его пальцы жгут, будто раскаленные угли, даже через одежду. Мне неприятны прикосновения посторонних, но сегодня я даже не могу возразить. Потому что Виктор – единственный, кто старается мне помочь. И мне следует быть более благодарной.

Когда официант подходит, заказываю капучино. Без сахара. Горький напиток, как мысли о вчерашнем, помогает быть в тонусе и не обманываться насчет того, что между мной и сводным было что-то значимое. Потому что для него наш секс стал не более чем очередной зарубкой на подголовнике его кровати.

– Ну что, – Виктор откидывается на стуле, – готова к собеседованию? Мой друг ждет тебя завтра в десять.

– Завтра? – голос звучит хрипло, и я чувствую, как внутри меня что-то обрывается. – Я думала, что собеседование сегодня… – такого разочарования я не испытывала давно.

Будто у меня перед лицом помахали конфеткой и сразу же отобрали.

– Разве я не сказал? – он пожимает плечами, и мне вся эта история начинает нравиться все меньше. – Решил дать тебе время на подготовку. Чтобы ты гарантированно смогла пройти интервью. Чем быстрее устроишься, тем быстрее… – его взгляд падает на мои губы, – тем быстрее начнешь новую жизнь.

Кофе приносят достаточно быстро. Я хватаю чашку, чтобы хоть как-то отвлечься от разговора, ставшего в тягость. Если раньше я чувствовала себя рядом с Гордеевым-старшим легко, то после разговора с Тимуром мне кажется, что в нашем общении действительно есть сексуальный подтекст с его стороны. И это заставляет меня все время находиться в тонусе.

– Вить… – начинаю, собираясь больше расспросить о том месте, куда меня планирует пристроить Гордеев.

Но не успеваю произнести ни слова, как на пороге кафе мелькает знакомый силуэт.

Высокий, широкоплечий брюнет проходит внутрь, и мое сердцебиение сбивается. Я не видела его после нашего возвращения из загорода. А он и не пытался поговорить со мной. Будто… будто ему плевать на то, что обидел меня. Хотя… если ему все равно на то, что мы переспали, то на мои чувства ему и подавно все равно.

Сводный ленивым взглядом обводит кофейню, и его замечает Виктор.