Исцеление
Я приходил в себя постепенно, словно всплывая из глубин темного колодца. Сначала вернулись звуки — приглушенные, искаженные, доносящиеся откуда-то издалека, из другого мира или другой жизни. Они накатывали волнами, то усиливаясь, то затихая, пока постепенно не обрели четкость и объем.
Потом вернулись запахи — сырость камня, застоявшийся воздух подземелья, пахнущий плесенью и тленом, едва уловимый аромат целебных трав — мяты, зверобоя и чего-то еще, горького и терпкого. И лишь затем ощущения — жесткая поверхность под спиной, шершавая ткань одеяла, тяжесть собственного тела, странное, почти неправдоподобное отсутствие боли, которая еще недавно разрывала мое сознание на части.
Я открыл глаза и уставился в знакомый каменный потолок, постепенно фокусируя взгляд на грубо отесанных блоках. Факел в железном держателе на стене чадил, отбрасывая пляшущие тени, которые ползли по камням, словно живые существа, меняя форму при каждом всплеске пламени. Все это я видел десятки раз, каждое утро, каждый вечер, каждую ночь, когда оказывался в своей подземной каморке.
Узкая каменная лежанка, матрас, набитый соломой, небольшой деревянный столик в углу с глиняным кувшином и чашкой. Железная дверь с узкой щелью для передачи пищи, через которую сейчас пробивался тусклый неоновый свет из коридора. Ничего лишнего, ничего личного — стандартное подземная камера в Крепости.
Рука непроизвольно потянулась к груди. Пальцы скользнули по гладкой коже — никакого шрама, никакого намека на рану, которая должна была убить меня. Я провел ладонью по плечу, по боку, по ноге — ран полученных в сражении ран больше не было. Они исчезли, словно бой с Тульским была дурным сном, рожденным моим воспаленным воображением.
Целительница поработала на славу.
— Проснулся, наконец! — услышал я насмешливый голос, и резко обернулся на звук.
На соседней лежанке у противоположной стены белозубо улыбался мой несостоявшийся убийца и состоявшийся спаситель в одном лице. Он развалился на жесткой лежанке с таким видом, словно это был не каменный топчан с соломенным матрасом, а мягкая перина в княжеских покоях, окруженных роскошью и комфортом.
— Яйца тоже на месте — можешь не проверять! — добавил он с ухмылкой, явно наслаждаясь моим замешательством.
— Ты что здесь делаешь? — спросил я, садясь поудобнее и прислоняясь спиной к холодной каменной стене.
Вопрос прозвучал агрессивно, но мне было наплевать на этикет и дипломатию. Парень хотел добить меня ради руны, и то, что сейчас он сидел рядом и улыбался, как старый приятель, не меняло этого факта.