Я лежу с открытыми глазами, слушаю его ровное дыхание.
Он не спешил. Каждое движение было осознанным, будто ставил печать на каждом
сантиметре моего тела. Я чувствую, как что-то сжимается внутри – не только от физического
вторжения, но от понимания: после этого ничего уже не будет по-прежнему.
Когда волна нахлынула, я отвернулась, чтобы он не увидел предательских слез на
ресницах.
Я жду. Жду расплаты. Жду новой жизни, в которой уже не будет Полины. Только
девушка, которая все-таки потеряла невинность под Князевым.
Он добился своего. Сломал меня. Я сдалась, но не без борьбы. Эта мысль немного
утешает меня, но сердце колет.
Вот сейчас он встанет, оденется, бросит пачку купюр на тумбочку… Так было с
другими. И так будет со мной. Он вышвырнет меня, как неинтересную вещицу, потому что Алексей
заполучил то, так долго хотел.
Он получил меня в свою постель.
Но Князев неожиданно потянулся ближе, обвив меня руками, как драгоценность. Его
губы коснулись виска:
– Ты оказалась такой же сладкой, как я себе представлял. Даже слаще, – шепчет он
мне на ухо, и вся моя спина покрывается мурашками.
Боюсь пошевелиться, словно любое движение разрушит эту странную, хрупкую
иллюзию.
Его рука тяжело лежит на моем животе, пальцы слегка впились в кожу, как будто
даже во сне он не готов отпустить свою добычу.
Он ведь должен был уйти…
Я мысленно готовилась к этому моменту. Представляла, как он застегивает дорогие
часы на запястье, не глядя бросает что-то вроде «Такси уже ждет внизу». Как дверь
захлопнется, а я останусь одна с запахом его одеколона на простынях.
Но вместо этого…
Его губы снова касаются моего виска, на этот раз теплее, мягче.
– Ты вся напряглась, – его голос хриплый, но в нем нет привычной жесткости. –
Что случилось?
Я замираю.
– Я… думала, ты уйдешь.
– Начальнику полезно иногда опаздывать, – шутит он, целуя меня в плечо.
– Я не об этом…
Секунды тишины. Князев внезапно переворачивает меня на спину, нависая сверху. В
утреннем свете его глаза кажутся почти черными, но теперь в них нет той хищной холодности.
– Ты действительно так низкого обо мне мнения? – в его голосе странная нота,
почти похожая на… обиду?
Я молчу.