– Именно, – я встал, потянулся. – Кто хочет услышать настоящую историю о том,
как я три месяца жил под одним одеялом с ее котом, чтобы она разрешила мне остаться на ночь?
– Алексей! – Полина швырнула в него диванную подушку.
Но дети уже визжали: «Да! Начинай с самого начала!»
И когда я начал рассказ – приукрашивая, конечно же, – Полина ловила мой взгляд и
о чем-то своем думала.
А когда Марк спросил:
– И что, ты сразу понял, что она – твоя? – я просто протянул руку, поймал ее
пальцы и ответил:
– Нет. Я понял, что я – ее. И это единственное, что когда-либо имело значение.