Игрушка для Князя — Ира Далински

Князев

Я просыпаюсь от телефонного звонка. Солнечный свет слепит глаза, когда я пытаюсь
сообразить, который сейчас час. Полина рядом, но уже тянется на подушке, пробуждаясь.

Открывает красивые глаза и смотрит на меня чистым, невинным взглядом. Вот бы
каждое утро видеть ее в своей постели…

Прочищаю горло, отвожу лишние мысли в сторону и вчитываюсь в присланное
сообщение.

– Результаты пришли, – мой голос звучит холодно и отрывисто.

Медленно, словно боясь увидеть то, что внутри, я открываю смс от лаборатории.
Медицинские термины сливаются перед глазами, но одно слово повторяется снова и снова –
«бензодиазепины».

– Ничего не понимаю…, – шепчу вслух. Полина тут же пробивает незнакомое слово в
интернете.

– Снотворное? – удивленно спрашивает она, поднимая глаза.

– Не просто снотворное. Это достаточно большая доза. Но как это могло случиться?
Ты…, – чувствую, как напрягаются мышцы на спине. – Ты что-нибудь ела вчера…? Может…
испорченное. Черт! Не знаю! Что-нибудь?

Я не знаю о чем думать. Бессильно сжимаю кулаки в ярости. Как снотворное в таком
количестве могло попасть в еду?

Мои пальцы дрожат. Я теряю самообладание.

Лихорадочно перебираю в памяти вчерашний день. Завтрак. Я приготовил Полине
самый ужасный в мире омлет с беконом. Но готовил же я! Если бы я еще специи добавлял, мог бы
подумать, что сдуру насыпал лекарство, но нет это безумие какое-то.

Потом я уехал купить продукты для рыбного обеда.

– Кофе, – вырвалось у Полины. – Вика принесла мне кофе у бассейна. Оно было
слишком сладкое, я даже не допила…

Внутри все леденеет.

– Ты уверена?

– Я…. Она стояла и смотрела, как я пью.

В комнате повисла звенящая тишина.

Вика. Женщина, которую я знаю пятнадцать лет. Та, которая всегда была рядом. Я
знаю, у нее характер не сахар, но… Вика, черт возьми! Не могла же она…

Я медленно подхожу к тумбе, где лежат ключи от машины.

– Алексей, подожди! – Полина вскакивает с кровати. – Мы не знаем наверняка…
Может, там что-то другое…

Я поворачиваюсь к ней, не знаю что она увидела в моем взгляде, что у нее
перехватило дыхание.

Я должен поговорить с Викой. Лично.

Вхожу в здание больницы, где на протяжении года лечится мать Виктории. Она
сказала, что ей звонили, значит должна быть здесь.

Шаги гулко отдаются по коридору интенсивной терапии. Я не стал искать Вику –
вместо этого сразу направился к кабинету главврача.

Без стука.