Игра в чувства — Вика Ромадина
На следующий день после семейного ужина, который прошел под знаком тихого, но настойчивого вопроса мамы «Ну как, Лик, может, уже кого-нибудь присмотрела?», я сбежала в библиотеку. Не от мамы, а от самой необходимости что-то «присматривать». От этого всеобщего ожидания, что в двадцать лет ты должен быть включен в некую романтическую гонку. Моя гонка была с Кандинским, с его внутренней логикой абстракции, и этого мне пока хватало.
Здесь царил предсказуемый, успокаивающий хаос: пыль на старых переплётах, запах бумаги и тишины, шорох страниц вместо человеческого гула. Здесь можно было дышать. Здесь всё было на своих местах — каталоги, мысли, я.
Устроившись в своём привычном углу, я погрузилась в архивные статьи. Мир сузился до текста. Это была работа, требующая всей концентрации, и я была ей благодарна. Она не оставляла места для постороннего шума. Вроде странного ощущения за спиной вчера в коридоре — будто чей-то взгляд задержался на мне чуть дольше обычного. Марк. Лучший друг Тёмы. Наверное, показалось.
Я отгоняла это ощущение. Просто паранойя от недосыпа и маминых расспросов.
Перелистывая страницу, я почувствовала чьё-то присутствие. Не физическое — энергетическое. Кто-то остановился рядом со столом. Я медленно подняла глаза.
Марк стоял, держа в руках два бумажных стакана. Его тёмные волосы были уложены с той небрежной тщательностью, когда стоишь не малые двадцать минут перед зеркалом — ни одна прядь не выбивалась из общей картины, но создавалось полное впечатление, что он только что провел рукой по голове, озадаченный сложной целью. Эта искусственная естественность здесь, в царстве настоящей, не прибранной интеллектуальной работы, резала глаз.
Он улыбался той слишком широкой, слишком открытой улыбкой, которая выглядела как попытка компенсировать что-то. Неловкость? Расчёт?
— Привет, Лика, — его голос прозвучал чуть громче, чем позволяла библиотечная тишина. — Можно?
Он кивнул на свободный стул напротив. Вопрос был чистой формальностью — он уже ставил стакан с кофе передо мной. От парня пахло дорогим парфюмом и уверенностью, которая здесь, среди книг, казалась чужеродной.
— Я занята, — ответила я, не отрывая рук от страницы. Голос вышел ровным, безразличным.
— Вижу, — он, тем не менее, опустился на стул. Звук был громким. — Не помешаю. Просто подумал, раз уж мы оба здесь… Кофе? Капучино, без сахара. Тёма как-то обмолвился, что ты такое любишь.
Тревожный звонок прозвенел в голове. Тёма обсуждал с ним мои кофейные предпочтения? Маловероятно. Мой брат не из тех, кто разбрасывается такими деталями. Значит, Марк либо выпытал это у кого-то, либо сделал удачное предположение. Я посмотрела на стакан, потом на него.