— Прошу прощения, магистр, — я сделал шаг вперёд. — У меня вопрос по вашей инсталляции.
Феофан обернулся и сощурился.
— Слушаю вас, коллега, — слово «коллега» он почти выплюнул.
— Скажите, а ваш «Диссонанс Бытия» — это аллюзия на то, как существо с примотанным к груди тазом пыталось бы переставлять лапы? Или череп навыворот символизирует исключительно взгляд в прошлое?
Вокруг нас стягивалось кольцо зевак. Дама в соболях захлопала ресницами, а лицо Феофана пошло красными пятнами.
— Вы не способны мыслить абстракциями! — зашипел он. — Это концептуальный подход! Я так вижу!
— Вижу лишь вопиющую некомпетентность в обёртке из дешёвого пафоса. Будь это несчастное животное сейчас живо, оно испытало бы настоящий экзистенциальный ужас.
Толпа ответила сдавленными смешками. Магистр открыл было рот, но выдал лишь звук удивлённой жабы, а Валерия уже стиснула мой локоть и потащила к следующей экспозиции.
— Ты нажил себе врага, — прошипела она.
— Скорее очередного клоуна, — отрезал я, кожей лопаток ощущая, как Феофан смотрит мне вслед.
Впрочем, попадались здесь и достойные вещи. За оградительными канатами отдельной зоны я оценил качественно собранное чучело мантикоры с занесённым для удара хвостом. Рядом стоял филигранный скелет мелкого дракона. Правда, без изъянов не обошлось и тут: в суставах ящера желтели капли смолы, хотя настоящие профи сажают кости на скрытые штифты ради естественной подвижности.
Наконец объявили аукцион.
Несколько моих мелких лотов в виде очищенных муравьями черепов редких грызунов ушли быстро и за приятную цену. А затем настал черёд главного козыря.
На бархатной подставке под стеклом красовался полный скелет инсектоида-вожака, убитого Рядовой на складе. Работа получилась чистой. Мне удалось восстановить все до единой кости и хитиновые пластинки. Белоснежный костяк застыл в разгаре прыжка, раскинув передние конечности-лезвия. Благодаря грамотной сборке суставов поза смотрелась пугающе живой.
Седой оценщик поднялся на сцену и принялся бродить вокруг экспоната, вооружившись увеличительным стеклом.
— Удивительное качество! Господа, я занимаюсь этим ремеслом шесть десятков лет, но подобной чистоты сборки ещё не встречал, — он поднял голову к залу. — Очистка проведена без малейшей царапины, я не вижу следов химии или ножа. Исключительный уровень мастерства. Стартовая цена обязана соответствовать.
Я скромно улыбнулся. Муравьи-утилизаторы выели плоть с микроскопической точностью, превосходя любой инструмент.
Ведущий аукциона ударил молотком.
Сразу две руки потянулись вверх. Одна — тучного купца, другая — поджарого дворянина в лиловом пиджаке.