Кто-то из гостей кивал ему в знак приветствия, кто-то бросал многозначительные взгляды на меня. Несложно было догадаться и установить связь между нами. Брошенная жена и бывший муж.
Виктор, стоявший рядом со мной, даже не шелохнулся. Но я почувствовала, как его рука, лежавшая на сгибе моей руки, на мгновение сжалась.
Музыка уже играла без сбоев, гости медленно и нехотя, стали возвращаться к танцам и беседам. Но уже не так свободно. Взгляды то и дело стреляли в сторону вновь прибывших гостей.
И тогда Сайрус неспешно направился прямо к нам. Он шел легко, будто был желанным гостем, а не скандальным нарушителем спокойствия. Амариллис семенила рядом, ее пальцы цеплялись за его рукав.
Виктор сделал едва заметный шаг вперед, вставая между мной и приближающейся парой. Теперь я видела в основном его прямую спину, пришлось выглянуть и встать рядом.
Сайрус остановился в двух шагах. Его холодные карие глаза скользнули с Виктора на меня и обратно.
— Виктор, — произнес Сайрус с притворно широкой улыбкой. — Какая встреча. Не думал, что ты любитель устраивать такие милые городские праздники. Я просто не мог пройти мимо.
— Сайрус, — ответил Виктор тихим, ровным тоном, но каждый слог был пропитан льдом.
Он не стал повышать тон, но так, чтобы слышали только мы четверо, добавил: — Тебя не приглашали, Арден. Что ты забыл на моей территории?
Сайрус усмехнулся, делая вид, что не расслышал угрозы в голосе Кроу.
— Территория? О, прости. Я думал, Вольхендем вольный город. А я как раз проездом, проверяю свои скромные вложения в здешние шахты. Услышал о бале и не смог удержаться. Заодно хотел проведать свою бывшую супругу… оказывается ее можно поздравить с новыми успехами.
Его взгляд скользнул по моему перешитому вишневому платью, которое он вряд ли узнал, по простой, но элегантной прическе. Он искал признаки бедности, отчаяния. И, кажется, не нашел их в том количестве, на которое рассчитывал.
Амариллис наклонилась к нему и прошептала, но так громко, что мы с Виктором, стоявшие ближе всех, отчетливо услышали:
— У нее такая уютная лавочка теперь, ты же видел, Сай? А запах… хлеба, такой… Кажется, и сейчас витает в воздухе.
Эти слова, пропитанные ядом, вызвали неловкую паузу.
Но Виктор не смотрел на Амариллис. Его взгляд был прикован к Сайрусу. И я видела, как напряглись его мышцы на лице, как рука медленно сжалась в кулак. В его позе была плохо скрываемая, сдерживаемая только силой воли ярость.
В этот момент их сходство с Себастьяном стало особенно заметно. Тогда, во дворе Академии им овладели похожие чувства. Как говорится, яблочко от яблоньки.