Неужели генерал Реннер, как и все мужчины, клюнул на привлекательную обертку — но забыл заглянуть глубже?
Отбросив ненужные сейчас мысли и сожаления из-за такого красивого шифонового платья, я принялась договариваться с портнихой о том, на каких условиях она согласится шить одежду для детей.
Отказа я не собиралась принимать категорически.
Когда мы вышли из ателье, я поймала на себе задумчивый взгляд Аба.
— Что вы на меня так смотрите?
— Вы очень необычная девушка, Ивари, — задумчиво сказал он, пряча седые волосы под шляпой-котелком.
Проклятье! Так и спалиться недолго.
Я пробормотала что-то, ссылаясь на столичные привычки.
На следующий день в дверях приюта появился настороженный мастер Милкер — и мне захотелось броситься ему на шею.
Неужели! Неужели сегодня мы все сможем нормально помыться?
Но увы, все оказалось немного сложнее. Половина труб в доме нуждалась в очистке, водяные насосы — в замене, а выгребная яма, расположенная далеко на заднем дворе дома, заилилась (что бы это ни значило) и потому не желала работать как следует. И это не говоря уже о системе дровяного отопления, которую тоже нужно было приводить в порядок!
Впрочем, хорошо, что она вообще была, иначе мыться бы нам в холодной воде всю жизнь.
Мне пришлось — через Аба, чтобы не вызвать подозрений, — расстаться с одной золотой монетой и пообещать вторую, чтобы мастер Милкер, почесав затылок и жадно поблестев глазами, созвал из города помощников, нескольких крепких мужчин, которые явно нас всех опасались, и принялся за дело.
Впрочем, работы было так много, что спустя несколько дней мастер Милкер и его помощники перестали обращать на детей внимание, желая побыстрее со всем покончить.
Спустя пару дней в процессе животрепещущей дискуссии о судьбе выгребной ямы меня застало деликатное покашливание.
— Мне нужна управляющая этим приютом, — произнес мужской голос.
Мы с мастером Милкером и остальными рабочими обернулись.
Напротив стоял высокий мужчина, одетый очевидно не по местной моде. Камзол из мягкой бархатной ткани, сужающиеся к низу брюки, гладко зачесанные назад волосы и брезгливость на лице.
Ну да. Пахло рядом с открытой выгребной ямой совсем не розами.
— Это я, — сглотнув, вышла я вперед.
Желудок скрутило от страха.
— Меня зовут лорд Альберт Эскин. Я здесь по заданию генерала Реннера.
Колени подкосились.
Бывший муж.
ГЕНЕРАЛ АЛАН РЕННЕР
Днем ранее
От чтения бумаг, в которых я не могу разобрать ни единой буквы, меня оторвал стук в дверь.
— Открыто.
Ответ сам по себе получился похожим на рычание. Пожалуй, нечего удивляться тому, что слуги от меня шарахаются, а Кэтрин, забрав сына, уехала домой, в Майнер-холл. После того, как ее муж, ее истинный, погиб два года назад, Кэтрин ненавидела этот дом и большую часть времени вместе с сыном жила у меня. “В такие моменты мне кажется, — говорила она, — что мы у тебя в гостях. Вернемся домой — а там мой Рик”.