— Но с властью, государь, с властью, деньгами и силой, — рассудительно заметил князь, — так что пока нам приходится их терпеть.
— Надеюсь, это ненадолго, — император тяжело вздохнул, — закроем этот вопрос, и империя будет полностью в руках Рюриковичей. Правда, придется перед этим обсудить кое-какие вещи на совете рода, но, думаю, все пройдет как надо, — император улыбнулся, но отчего-то эта улыбка заставила Николая Николаевича вздрогнуть…
Дворец Милославских. Тридцать минут спустя.
— Сиди тут, я, пожалуй, сам поговорю с твоим отцом, — жестом остановив Лену, я вышел из машины и направился в сторону ворот.
Дежурившие гвардейцы, заметив меня, напряглись, а когда я подошел вплотную, взялись за винтовки.
— Не стоит, парни, — я усмехнулся, — ваше оружие мне не навредит, вы же знаете. Лучше предупредите князя, что к нему в гости приехал граф Бестужев.
— Князь не принимает, ваше сиятельство, — сцепив зубы, произнес один из них, — уходите, пожалуйста.
— Извини, служивый, не могу, — пожав плечами, я щелкнул пальцами, и гвардейцы заснули, после чего рухнули на землю.
Н-да, ладно, придется самому добираться до Милославского, раз его бойцы оказались такими верными.
Пять минут спустя.
— Князь, может ты наконец-то покажешься? — оказавшись в большом зале, я остановился, — ну хватит, это все уже выглядит несерьезно. Неужели ты думаешь, что я буду искать тебя, словно потеряшку? — стоило мне сказать это, как Милославский наконец-то показался. Князь выглядел уставшим, по крайней мере круги под глазами у него появились не от хорошего режима.
— Опять пришел? — в его голосе не было ни капли удивления, — все же я не ошибся, ты ручной пес Василия, вот кем ты являешься. И что на этот раз, граф, какую причину придумал для визита?
— О, тебе понравится, князь, — я широко улыбнулся, — на этот раз я пришел из-за твоей дочери, Георгий. Видишь ли, я решил, что мы должны быть вместе, а тут она поделилась со мной новостью о том, что ты собираешься сбежать под крылышко польского короля. Так вот, мне это не подходит, а значит, Елена останется тут.
— Да что ты себе позволяешь, щенок! — Милославский попытался ударить меня, но его кулак врезался в ледяную глыбу, что выросла на пути его руки.
Послышался неприятный хруст, и Милославский схватился за руку, мыча от боли. М-да, я слишком переоценил его мыслительные способности. Даже удивительно, как с такими мозгами он столько лет держал в своих руках огромные ресурсы, видимо, управляющие хорошие.