— Мне не нравится то, что ты задумала, — встаю с кровати и подхожу к Жанне. Она улыбается, кладет руки мне на грудь и разглаживает ткань рубашки.
— Почему? Она тебе не понравилась?
Понравилась. Даже очень. Поэтому и не хочу. Я вообще против этой идиотской затеи.
— Хочешь ребенка? Можно усыновить. Можно через суррогатную мать. Официально, в клинике.
— Мы уже обсуждали это! Я не хочу, чтобы мой ребенок был зачат в лаборатории! — она слегка повысила голос. — Ты же вроде как согласился? Что поменялось?
— Я согласился? Я просто ушел от ответа, потому что невозможно выбить из твоей головы эту бредовую идею.
— Достаточно, — она вытягивает ладонь вперед, желая остановить меня.
— Ни одна нормальная женщина не согласится отдать своего ребенка, ты это понимаешь?
— Ты у нее спрашивал? Мы предложим ей такие условия, что невозможно будет отказаться.
— Она не согласится, — уверял я Жанну, которая, кажется, помешалась на своей дурацкой идее получить ребенка любой ценой.
— Закрыли тему! Твоя задача — лишь переспать с ней. Остальное я решу.
Лера.
К вечеру, закончив уборку в библиотеке, я устало поплелась по коридору в свою комнату, мечтая лишь о горячем душе и постели, в которую можно рухнуть без сил. Но, как назло, мысли никак не отпускали. Инцидент с хозяином дома снова и снова прокручивался в голове, вызывая неприятное жжение под кожей.
Это же надо… какой мудак. Почти на глазах у собственной жены пытался ко мне клеиться. Просто скотина.
И я тоже хороша! Замерла, как вкопанная, ни слова, ни писка. Надо было дать ему по роже! Хорошенечко так, чтобы запомнил как от жены гулять!
Я машинально замахнулась тряпкой в воздух, представив, как это могло бы выглядеть. Картина вышла столь живой, что я невольно усмехнулась. Хорошо, что никто этого не видел, а то ещё смирительную рубашку и прямиком в психушку, первым же рейсом.
Ой, боже…
Дверь в комнату была приоткрыта, внутри оказалось пусто. Ни бабушки Марфы, ни Светы. Пользуясь удачей, я без очереди юркнула в ванную. Тёплые струи воды обрушились на плечи, но вместо ожидаемого облегчения тело оставалось напряжённым, словно сжатая пружина.
В душевой кабине на одной из стен висело большое зеркало — из тех, в которых хочешь не хочешь, а смотришь на себя. Я подняла взгляд… и замерла.
— Это что?.. — слишком тревожно, почти шёпотом, произнесла я вслух.
У самого основания шеи темнело небольшое синеватое пятно.
Засос?
Откуда?..
И вдруг в голове как будто щёлкнуло. Я не увидела картинку, а вспомнила ощущения…
Меня крепко прижали к стене, где я чувствовала тепло чужого тела, запах незнакомого, но такого пьянящего парфюма. Потом — горячее дыхание на шее. Губы, которые сначала просто коснулись кожи, а после стали целовать сильнее, жадно. И легкий укус — ровно на том месте, где сейчас синяк.