— Дальше-то что? — буркнул я.
— Ничего, — сказал голос. — У тебя целая вечность впереди. Твой личный ад бесконечных сожалений.
— Наедине с тобой? — хмыкнул я.
— Нет, скоро исчезну и я. Когда мне наскучит твоя кислая рожа, — насмешливо произнёс голос.
Совсем не этого я ожидал, когда приказывал Рите активировать жезл. Хотя, если честно, я вообще ничего не ожидал. Просто думал, что так будет лучше. Для всех. Перспектива навечно застрять в этом чёрном небытии сводила меня с ума, но сейчас, кажется, у меня нет возможности на что-то повлиять. Я полностью бессилен, и это бесило меня вдвойне сильнее.
— Ха-ха-ха! Поверил! Повёлся! — пророкотал голос.
Я недовольно фыркнул. Как тут не поверить, если ты общаешься с всесильной сущностью, определяющей правила этого мира. Пусть даже у этой сущности крайне своеобразное чувство юмора.
— Ты же надел подвеску Последнего Шанса! — воскликнул он. — Разве могу я пойти против своих же правил?
— Да кто тебе запретит-то, — буркнул я.
— Я сам, — гордо произнёс голос. — Но ты, конечно, уникум. То самоубийство, то Армагеддон, неужели не можешь найти себе смерть, как у всех?
— Как у всех неинтересно, — сказал я.
— Это верно, — сказал голос.
Повисло неловкое молчание. Я ждал, когда меня наконец соизволят отправить обратно, но что-то, кажется, пошло не так.
— Ты же знаешь, что сам уничтожил свою магию? — спросил голос. — Полностью, окончательно.
— Догадывался, — сказал я.
— Дар даётся всего лишь один раз, — сказал он.
— Что поделать, — сказал я. — Я всю свою жизнь прожил без магии. Не думаю, что буду сильно по ней скучать.
Голос снова расхохотался, так, что у меня голова затрещала от этих инфернальных звуков.
— Достойный ответ! — воскликнул он.
А затем темнота, окружающая меня, словно бескрайнее море, поглотила меня целиком.
Боль пронзила всё моё тело, будто раскалённая игла, обрушилась волной, так сильно и внезапно, что я не сдержал стон. Болело всё тело целиком, будто меня пропустили через мясорубку. Будто меня разобрали на части и собрали обратно какие-то криворукие мясники. Хотя, думаю, собрать меня из пепла — дело непростое.
Я обнаружил себя лежащим на той же крыше небоскрёба. Похоже, он устоял, не рухнул после применения жезла. Промозглый ветер трепал мои волосы, словно бы подгоняя, вставай, вставай. Вставать не хотелось. Как и шевелиться вообще.
— Ваня! Ванечка! — ко мне подбежала рыдающая Рита, бухнулась рядом со мной на колени, схватила за руку.
Я сумел только простонать что-то невнятное в ответ. Сил не было не то чтоб встать, сил не было даже произнести пару слов, чтобы успокоить плачущую девушку.