— Ты серьезно, Юлиан⁉ — в моем голосе теперь слышалась паника, которая только сейчас дошла до меня, — Я же дочь твоего врага, и вот так объявлять….
— Жанна, прекращай нести весь этот бред! — меня легонько встряхнули за плечи, пристально вглядываясь в глаза, — Пойми, мне плевать! Абсолютно на всех!
Внезапно в зале раздались громкие восклицания. Мы с Юлианом приблизились к перилам, пытаясь понять источник такого шума, и взбудораженности.
— Прибыла империя Лонкас!
— Это… это… — шатала я, не находя слов, чтобы выразить свою мысль, свои эмоции. Император лишь мельком взглянул на меня, а его глаза заволокла тьма, а рука до боли сжала мою ладонь. В составе империи юга гордо, уверенно, с надменным видом шел… отец.
Минутная заминка, шок, а затем зал стремительно заполняют стражники, оттесняя гостей. Они в любой момент готовы арестовать преступника. Я, прищурив глаза, пристально наблюдаю за каждым движением отца, и замечаю улыбку на его лице. В ней не было ничего человеческого — только безумие. Быстрый взгляд на Августа. Тот стоит, прислонившись к колонне, и в отличие от взбудораженных гостей, выглядит скучающе. Вот наши взгляды пересекаются, и он хмыкает, склоняя голову на бок, а его губы что-то шепчут. С такого расстояние мне было не разобрать, но я и так знала, что он говорил. Все то же самое, что было написано в письме… Холодок пробегает по спине от осознания, что сейчас может случиться.
— Юлиан! — мне приходится потрясти мужчину за рукав, с досадой слышу, как что-то порвала, но к счастью, это было не видно, привлекая внимание к себе. Он с трудом фокусирует взгляд алых глаз на мне, и я со содроганием смотрю, как его магия снова выходит из-под контроля. — Останови стражников. — приходится несколько раз повторить слова, и, когда он их осознает, одаривает меня возмущением, бешенством и болью, — Останови стражников. Это Святой бал, в этот день никто не должен враждовать. И… — быстрый взгляд на бывшего короля Рогнетии, который пристально наблюдал за нами, — Отец — он не тот, кто тебе нужен. Не трать свою ненависть понапрасну.
— Странно слышать подобные речи от тебя. –он качает головой, отдавая знак стражникам отступить, — Кто?
Я понимаю, что он жаждет узнать убийц своих родителей, но не могу сказать. Пока что.
— Юлиан, мы с тобой договорились, что я дам тебе ответ по окончанию святого бала. Прошу, не спеши.
Император упрямо мотает головой, не желая сдаваться, но наш разговор прерывается появлением на балконе епископа в сопровождении верных соратников. Пусть старик и бодрился, но недавний приступ давал знать о себе — он с трудом шел, опираясь на трость. Мы тепло поприветствовали друг друга, а затем он озабоченно, с тенью тревоги посмотрел на моего отца, а затем на остальных гостей, и тяжело вздохнув, пробурчал: