— Ты пытаешься отговорить меня?
— Возможно, но не в том смысле, как тебе кажется. Заберешь ее оттуда, когда ее папашу казнять, и ей не будет угрожать опасность на каждом шагу. Только вспомни, сколько раз она оказывалась на волоске от смерти за этот год…
Юлиан долго сверлит своего друга тяжелым, почти яростным взглядом, но к собственной досаде не может не признать разумность его слов. Наконец он сдается и делает шаг назад, бросив через плечо коротко:
— Принцессу Мелиссу ко мне в кабинет. Живо! И чтоб артефакт был с ней!
— О, слава Святой Деве! Жанна жива! — принцесса княжества прижимает руки к груди, а по ее лицу катятся слезы облегчения и радости, — Надо забрать ее!
— Нет, мы не будем этого делать. — император жадно рассматривает девушку, которая сидела на простом деревянном стульчике в одежде простолюдинов и неуклюже чистила картошку, при этом ругаясь сквозь зубы.
— Почему? — хмурится Мелисса.
— Она там по крайне мере в безопасности. Подумайте, сколько раз ее жизнь здесь подвергалась отпасности? Много… — Юлиан цитирует слова своего друга.
— Но… — хмурится принцесса, а Розалия касается ее плеча, качая головой,
— Мели, он прав. Она там в безопасности.
— Но, это неправильно! Мы, что, больше никогда не увидим ее⁉
— Увидим, скоро, но сначала нужно казнить ее отца и всех его союзников. Чем быстрее мы это сделаем, тем лучше.
— Что, и впрямь никак раньше не увидимся? — еще больше расстроилась Мелисса, и, больше не обращая ни на кого внимания, покинула кабинет. Сфера рассеялась, с ней исчезла и вторая принцесса Рогнетии.
Я сидела на нагретом солнцем валуне возле реки и наслаждалась редкими минутами отдыха. Жизнь в деревне выматывала, но постепенно я узнавала, как живут простые люди, их уклад жизни и интересные обычаи и традиции. Здесь я впервые стала замечать красоту природы, познала настоящее наслаждение отдыха после тяжелого дня. Признаюсь, было очень тяжело, лишившись многих благ, которые были доступны аристократам, но пока что держалась. Нет, я никогда не привыкну к подобной жизни. в глубине души все равно понимала, что мне не убежать он своей настоящей жизни, от происхождения. Рано или поздно что-то заставит меня покинуть деревню, или кто-то.
Весна давно прошла, уже была середина первого месяца лета. Семья Шайны тепло приняла меня, и… молчала, когда дорога стала проходима, и народ стал отправляться на городские ярмарки. Первым об этом со мной заговорила Шайна. Меня так растрогали ее слова, что она не против, чтобы я осталась, что… не смогла сказать полностью правду. Лишь то, что я аристократка, мол, сирота, и злой дядюшка хочет убить меня из-за наследства. Тогда Саат заявил, что я могу здесь оставаться сколько пожелаю, и что была прекрасной помощницей его жене. Тогда у главы семейства словно груз с плеч упал и на следующий день он в хорошем настроении вместе со своим сыном на неделю отправился в путь в город продать товары собственного изделия из кузнечной и лечебные зелья.