Уже через несколько минут мы щеголяли ранцевыми огнемётами и готовы были отправиться на охоту за богомерзкой нежитью. Ну прямо вылитые папские рыцари, разве что костюмов серебристых недостаёт. Вместо них мы с ног до головы покрыты сажей, словно черти.
— Ходу, — скомандовал Громобой и наш отряд устремился вперёд.
Обогнув недавнее убежище, мы углубились в подлесок.
Первое время шли не спеша и то и дело водили из стороны в сторону раструбами огнемётов. Недавняя стычка с нежитью померила наш пыл и научила осторожности. Теперь каждый куст или бурелом представлял для нас опасность и мы всеми силами старались этой опасности избегать. По возможности обходили подозрительные места стороной. А когда таковой возможности не было, дырявили преграду молниями.
Так и шли. Может час, а может и все два. Из-за постоянного напряжения я совсем распрощался с чувством времени.
В какой-то момент мы ускорили шаг и я понял, что не одному мне осточертело плестись как черепаха. Похоже, Громобой и сам осознал, что такими темпами нам беглеца не догнать.
Вот только из-за этой спешки мы стали издавать куда больше шума. И вскоре нам это аукнулось.
— Стой! Кто идёт⁈ — из-за дальних деревьев высунулся сначала ствол Спиночеса, а затем и его владелец — славиец в чине десятника.
Правильно люди говорят, поспешишь — людей насмешишь. А если бы это нежить была? Она бы явно не стала нас окликать, подкралась бы незаметно да в расход нас торопыг пустила.
— Свои! — крикнул Громобой и обезоруживающе поднял руки.
— Вижу, что свои, — несмотря на это заявление, владелец Спиночеса и дальше продолжил держать нас на мушке. — Вы чего так близко к границе шастаете?
— Задание у нас, — выдал как на духу Громобой. — Перебежчика выследить.
— Ясно. Стало быть, заодно мы, — десятник наконец опустил винтовку. — Нам тут тоже приказ отдАли. Велели, чтобы мы значиться весь лес прочесали вдоль и поперёк.
— Господин десятник, а чего это вы тут один бродите? — настороженно спросил я. А сам украдкой привёл Дуболом в боевую готовность. Мало ли.
— Гридень, ты чего совсем умом тронулся, десятника допрашивать⁈ — зарычал на меня Громобой. Да и остальные соратники поглядели неодобрительно.
— Хех, да ты не гневись на него добрый молодец, — встал на мою защиту десятник. — Видно же, молодой ещё вот и струхнул слегка — бывает. Пойдёмте, к своим провожу. Они здесь неподалёку тихарятся. Привал у нас, а я вот по нужде малой отошёл. Ну и, стало быть, пока её справлял шум услыхАл. Вот и решил разведать, а не наш ли это беглец к границе ломится.
— Не серчай за недоверие десятник, — повинился старший дружинник и ещё раз грозно зыркнул на меня.