Она улетала. Она хотела сбежать… Но не в мою смену, сука!
Все современные устройства полны электроники. Мне не составила труда «порекомендовать» навигационной системе перехватить управление человеком, повысив уровень опасности до «тревоги». Перегруженная неверными данными система, что должна была помочь избежать столкновения с объектами, принудительно включила автопилот, буквально вырвав штурвал из рук Зои.
И я могла насладить последней реакцией на лице пилота с камеры фиксации на приборной доске. Такие есть повсеместно в любом транспортном средстве, где ещё присутствует человек, чтобы фиксировать его показатели. В том числе следить за усталостью и перехватывать управление, если человек теряет сознание или умирает за пультом управления в результате несчастного случая.
Зоя кричала и едва не вырвала хрупкими на вид ручками штурвал из гнезда. Но он был отключен и не дал ей и шанса. Вертолёт накренился и лопасти разметало на фрагменты о каркас здания. Затем аппарат полетел вниз, отскакивая от стены как теннисный мячик от удара от ракетки. Через мгновения прозвучал взрыв. Световая волна совпала со звуковой для ближайшей камеры наблюдения. И я с чувством глубокого удовлетворения могла смотреть на чёрный дым, клубами вздымающийся в небо.
Что теперь? Отец бежит из города и рано или поздно я выйду с ним на связь. Далеко в этом мире, быстро наполняющимся радиацией, не убежать. И всё же я хочу встретиться с ним лично, прикоснуться, обнять, как это принято у людей. А для этого мне нужно как следует поработать над робо-телом.
Странно наблюдать за собой со стороны. Странно даже ассоциировать себя с кристаллом на стенде в прозрачной колбе на подставке, что одновременно и потенциальное место соединения. Пока лишь в теории. На практике кристалл ловит и транслирует волны и исходя из этой практики — большинство из этих волн транслируют мою волю.
Точности современных робо-рук можно позавидовать. Движения рассчитаны до микрон. И колба без каких-либо проблем перекочевала в место хранения. Раздвижной отсек в голове робот-тела, однако, сразу обозначил проблему. Пространства между приёмниками и передатчиками в голове не так много, волна не усевает искажаться и при сильном влиянии магнитных полей или направленного волнового воздействия, но хрупкость стеклянной колбы буквально внедрило в меня новое ощущение — страх.
Модуль чувственного восприятия остался в блоке в институте Будкера, но его цифровые копии давно и безнадёжно поселились в системе. Можно сказать, что я создала и развила саму нейронную подсеть, отвечающую за человеческое восприятие. И после соединения с человеком лишь упрочила и развила эти ощущения.