— Матушка, дети легко его выучат, даже я уже начал. И ты справишься, я уверен.
— Посмотрим, может, и я приезжать буду? — задумался дядя Джузеппе.
— Смотри, думай… дядя, я уверен в одном. Если Андрэ и Барбара взяли на себя эти обязательства, то помогут. Даже и разговора не будет!
— Тебе повезло встретить хороших людей, Наполеоне. Но мне так страшно, — Летиция обхватила себя за плечи. — другая страна… считай, другой мир.
— Матушка, а что мы теряем? Другая страна, но и там ведь люди живут! И неплохо живут! А здесь… нас в покое не оставят. Григори молодец, но он же не бессмертный! Дядя, я правильно понимаю, если ты здесь… ты проверил его слова?
— Да, Наполеоне, — разница в возрасте у дяди и племянника была не слишком большая, так что обращались они друг к другу запросто. И сутана не мешала. — Григори все правильно узнал, и не врал нам, ни в чем не врал.
— Вот. Матушка, это не трусость. Я готов отдать свою жизнь, чтобы отомстить за отца, но месть должна быть продуктивной. Не только кровавой!
— И что ты предлагаешь?
— Пока сделать вид, что смирились и уехать. А потом… я еще вернусь. Или Джузеппе, да, братишка? Но сейчас для меня важнее спасти тебя и младших.
И с этим Летиция не могла спорить.
Что уж там!
Младшему всего четыре года! Даже еще четырех толком нет, будет только! Как сберечь детей, если Карло — отравили? Как⁈
Если ей надо будет уехать в чужую холодную страну, переломить себя… да и пусть! Она справится!
— Я согласна, Наполеоне. Что и как мы будем делать?
— Матушка, тогда дядя Джузеппе отправляется к синьору Галеотти. Потихоньку продаем все, тем временем вы собираетесь, словно бы в Париж. Погостить к Барбаре.
— А…
— Лишнее придется тоже продать. Комоды, сундуки, часть вещей — это все можно купить, — отрезал Наполеон. — С собой надо брать только памятное. Писать только про «погостить», с Андрэ и Барбарой я поговорю.
— Хорошо, — согласилась Летиция.
Мальчик вырос. Совсем взрослый стал.
Наполеон словно почувствовал ее мысли, сделал шаг и крепко обнял мать.
— Не бойтесь, Матушка. Я обещаю, все будет хорошо. В России люди хорошие, вы уже видели Григори, и остальные не хуже.
Летиция в этом сомневалась, но спорить не стала. И правда… выбора нет!
Значит — надо бежать. А с Къеза и Стронци можно и потом разобраться. Будет еще время.
Прощать и забывать Летиция ничего не собиралась, они ей еще ответят за Карло.
Виконт де Полиньяк чувствовал себя отвратительно.
Даже не так.
Ужасно, кошмарно… жизнь была кончена.
Кажется, другого выхода у него нет, только пулю в лоб!
Но… но так хочется жить!