Мозги у нее не просто были — они использовались по назначению!
Так что Варя прекрасно понимала — происходит что-то неясное. И выбрала самый простой вопрос.
— Сколько я лежу?
Откинулась на подушки, оглядевшись, заметила в углу здоровенные часы. В человеческий рост, золоченые, с маятником — такие на человека уронишь, в них же и похоронишь, вместо гроба сойдут!
— Да уж, почитай, неделю, как рОдили…
— Б…!
Другого слова Варя подобрать не смогла. Она тут еще и рОдила? Это что за квест? Она не подписывалась! Верните ее обратно, в родную общагу с тараканами! Да что там, она даже на клопов согласна, но — родных!
Хотя кажется, и тут они тоже есть? Чего-то у нее чешется…
Женщина смотрела с опаской, и Варя прикрыла ресницы. Требовалось очень тщательно подбирать формулировки, чтобы не погореть. Впрочем, ей не привыкать. С родителями тоже так приходилось. И не только с ними!
— Какой день сейчас?
Вопрос логичный, не должна женщина удивиться.
— Да уж двадцать четвертое сегодня, матушка.
Двадцать четвертое — чего⁈ Но тут Варя спрашивать не рискнула, дата — понятно, но месяц-то поменяться не должен?*
*- автор берет юлианский календарь, введенный Петром 1 м и даты считает от Р.Х., чтобы не было лишней путаницы. Прим. авт.
— Ребенок?
— Жив-здоров сыночек ваш, уж и батюшка Онисим приезжал, окрестили Аркадием! Аркадий Александрович Суворов, барыня! Красиво так! Батюшка ваш лично крестил, все присутствовали, и братец ваш, Андрей Иванович были, и супругу вашему знать дали…
— И что супруг?
Мозг работал, анализировал, прикидывал варианты.
Кто считает, что швеи обязаны быть глупыми? Хорошо. Они глупые. А вы возьмите журнал с выкройками, перечитайте их на свою фигуру и сшейте красиво себе хоть юбку! Уже засомневались в своем героизме?
То-то же!
Пока Варя могла точно сказать, что она тут барыня (уже хорошо, до 1917 года любой, кто не был барином, стоил весьма дешево), что она явно у родителей, и что у нее есть муж.
И где этот, безусловно, достойный человек? Жена родила, жена неделю в горячке, а от него ни слуха, ни духа?
Развод…
На всплывшее слово Варя внимание обратила. Развод? Посмотрим…
Суворов?
Что ж, фамилия ее известна. Имя мужа…
Варя откинулась назад на подушки.
Александр… Суворов?
Брат — Андрей Иванович. Отец — Иван… кто?
— Нет пока ответу, барыня. Батюшка ваш гневаться изволил.
— Сына… хочу видеть.
Тоже логичное требование. Но почему так удивленно смотрит тетка?
— Я сейчас, барыня.
— Хочу, — надавила голосом Варя. Ей требовалось время полежать и осмыслить происходящее.
Служанка вышла. Варя проводила ее взглядом, и откинулась на подушку. Пощупала материал. Лен, с вышивкой, не пришло еще время шелковых простыней? Или наоборот?