— Необычайно исчерпывающий отчёт, — пробормотал я, стараясь скрыть за иронией облегчение. — Предлагаю немедленно занести его в архивы для грядущих поколений спелеологов.
— Если бы нас накрыло обвалом, ты бы воспринял этот звук совершенно иначе, — внезапно философски парировал Неун.
— Я бы предпочёл вообще не проводить подобных сравнительных испытаний на собственной шкуре…
Молдра, замыкавшая наше шествие, ответила на этот обмен репликами коротким, выразительным хмыканьем, и мне этого вполне хватило для понимания её настроя. Она тоже расценила далёкий удар в темноте как исключительно благоприятный знак нашей судьбы. Я, разумеется, не питал иллюзий и понимал, что погоню мы не остановили навсегда. Только самый впечатлительный оптимист стал бы сейчас строить воздушные замки, зато мы гарантированно заставили псоглавцев притормозить и потерять темп. В нашем положении любая задержка противника ценилась мною почти так же высоко, как миска горячей еды.
Мы успели отсчитать не больше трёх десятков осторожных шагов по неровному полу, когда акустическая картина впереди неуловимо изменилась.
Изначально я уловил даже не сам шорох, а острую, почти звериную реакцию Фэйи на этот звук. Она резко повернула голову к правой стене тоннеля, оторвав взгляд от камней под ногами, и вцепилась в рукоять кинжала с такой силой, что тусклый свет светящегося мха скользнул по дрогнувшему металлу лезвия. Тот факт, что я не почувствовал её напряжения через связь стаи, разозлил меня гораздо сильнее перспективы скорой схватки. Будь на её месте Молдра, этот пространственный сдвиг и готовность к бою дошли бы до моего сознания раньше, чем я успел бы сформировать мысль. Сейчас же мне пришлось считывать информацию самым обычным способом.
Секундой позже в узкой щели между монолитными глыбами раздался отчетливый шорох.
Звук не был одиночным. Животное пробиралось по скрытому боковому ходу торопливо и мелко, отчаянно цепляясь когтями за камень и осыпая вниз каменную крошку. Буквально тут же этот царапающий шум продублировался ниже, у самого основания стены, а затем третий источник звука обозначился чуть дальше по тоннелю. В темноте скрывалась не одна случайная тварь, а целая стая.
— Крысы, — выдохнул Ги настолько тихо, что его слова едва не растворились в окружающем нас сыром воздухе.
— Видел или слышал? — автоматически осведомился я, просчитывая варианты.
— Слышу, хозяин, — торопливо поправился гоблин, переминаясь с ноги на ногу. — Ги хорошо знает этот шорох. Точно крысы.
— Твои таланты просто растут на глазах, продолжай в том же духе.