Зэн продолжал ожесточенно скоблить зубами кость, выдавая в стылый воздух пещеры невероятно громкий хруст, казавшийся откровенно избыточным для изможденного невольника. Дежурный кинокефал по ту сторону толстых деревянных прутьев недовольно заворчал, лениво рявкнув короткую гортанную фразу, однако проверять причину подозрительного шума не соизволил. Видимо, эта блохастая тварь справедливо рассудила, что раз двуногий кусок мяса способен извлекать столько первобытной радости из куска мертвой кости, то пусть себе радуется и не мешает нести караул. В конце концов, хозяева жизни порой склонны проявлять приступы внезапного великодушия, особенно в те моменты, когда им мучительно лень отрывать тяжелые задницы от нагретого камня. Пользуясь этой звуковой завесой, Фэйа торопливым, едва различимым шепотом вывалила на Дакая самую суть моих последних достижений, благоразумно опустив лишние подробности. Она упомянула исключительно мою вновь обретенную способность сносно ориентироваться во мраке цвергских ходов, навык скрытно прятать полезные предметы и наличие тяжелого копья. Гоблин впитывал эту информацию с каменным лицом, не перебивая и не задавая лишних вопросов, после чего медленно повернул косматую голову и впился в меня немигающим взглядом.
— Как много носить? — тихо выдавил он на ломаном системном языке, пытаясь оценить вместимость моего скрытого инвентаря.
— Много, — отозвался я, стараясь говорить предельно размеренно и постоянно прислушиваясь к чавканью Зэна. — Могу спрятать достаточно полезного железа, хотя мои карманы и не бездонны.
— Далеко видеть в темноте? — гоблин продолжал свой прагматичный допрос, словно приценивался к тягловому животному на невольничьем рынке.
— В кромешном мраке слепну, как и все нормальные существа, — честно признался я, мысленно оценивая шансы провести толпу истощенных рабов через лабиринт. — Зато при тусклом свете пещерного мха вижу вполне сносно, во всяком случае, достаточно ясно, чтобы не переломать ноги на скользких камнях и идти в авангарде.
— Копьё хорошо? — Дакай чуть подался вперед, блеснув в полумраке желтоватыми белками глаз.
— Копье отличное, тяжелое и сбалансированное, — я слегка повел плечами, чувствуя трение грубой ткани о саднящую кожу. — Да и я сам, пожалуй, нормально с ним обращаюсь.
Со стороны соседней клети донеслось презрительное, едва уловимое фырканье Молдры, решившей, как выяснилось, не только внимательно греть заострённые ушки, но и внести свою экспертную лепту в мое резюме.
— Он излишне скромничает, — ядовито прошелестела эльфийка, сливаясь с густыми тенями в своем углу. — С древковым оружием этот хомо весьма опасен, а уж с клинком в руках превращается в настоящую проблему. Он далеко не мастер изящных искусств, но в прямолинейном бою страшен, особенно в те редкие моменты, когда умудряется думать головой, а не свирепыми инстинктами хомо.