Однако, едва Зур’дах отключил ауру, избитый мальчишка пришел в себя.
— Не расскажу.
— Тебе же хуже, — пожал плечами Зур’дах.
Нога его впечаталась в ногу Саркха и послышался хруст. Гоблиненок сломал ему пальцы. Внутри было наконец-то ощущение легкого торжества справедливости. Ведь раньше он валялся в ногах Саркха и не мог ничего сделать. В следующее мгновение он взял его за горло и поднял над полом.
— Давай, урод, расскажи мне, что ты рассказывал дроу — а я не сломаю тебе все пальцы.
— Тьфу…
Плевок в лицо был ожидаем, поэтому Зур’дах увернулся и попросту сломал пальцы на руке, а после трижды использовал «запугивание» аурой Крови. И с каждым разом ему всё легче было ее использовать.
Маэль оглянулся. Время поджимало, в любой момент тут могли появиться как дроу, так и надсмотрщики.
Зур’дах видел — Саркха пугает только аура паука. Удары и переломы были болезненны, но не развязывали язык.
Вновь Кровь наполнила глаза до черноты и гоблиненок ощутил, как его обхватывают мохнатые огромные лапы. Вот только он их не боялся: это была часть его — паучья Кровь, послушная его воле.
А вот Маэль и Саркх…те побледнели. В этот раз гоблиненок выпустил больше ауры чем обычно, и внутри всё разрывалось от ощущения могущества.
Саркха тут же вырвало от страха и он побледнел.
Трясущийся и весь в слюне он наконец сказал:
— Я всё расскажу…только убери эту дрянь….пожалуйста, — в последнем слове была мольба.
— Хорошо.
Через две минуты мальчишки знали всё: и про спрятанные ядра, и про Даха, который в компании других надсмотрщиков плавно повышал свой круг, и про других дроу-предателей, которых с чисто детским любопытством подслушивал Саркх; и про тайный ход, который продалбливали с помощью камнеедки, — особого насекомого, способного разъедать самый крепкий камень. Именно последнее обстоятельство и послужило главной причиной их казни. Пришлось Саркху рассказать и о своей Крови, которая и позволяла так незаметно подслушивать.
Напоследок Зур’дах с каким-то неожиданным удовольствием сломал пальцы на руках и ногах Саркха и… потащил его к однорукому. Так было надо.
Когда тот увидел их с избитым и окровавленным Саркхом, то рявкнул:
— Вы чего устроили⁈
— На, — швырнул Зур’дах под ноги Тарлаху избитого мальчика, — Давайте, наказывайте. Я готов. Нельзя же портить имущество Хозяина, а я испортил. За это полагается наказание. Что там самое страшное? — Ямы? Я готов.
— Ты! — надулось лицо однорукого, — Следи за языком, малец, пока я тебя не….
— Не что? Что ты мне сделаешь? Казнить не можешь, — я нужен на боях. Плеткой отхлещешь? Давай, не страшно. В Яму Тьмы посадишь? — Так я ж говорю — я готов, пошли. Вот только я сделал то, что должен был сделать ты. Это твоим другом был Дах и это ты должен был поколотить этого предателя, чего бы это наказания не стоило.