Гоблиненок прислушивался к ощущениям паука, пытаясь найти там нечто похожее на переедание и пресыщение, но не находил. Тот был готов жрать и жрать еще.
— Не, мелкий, мне нужно отдохнуть. — вздохнул Зур’дах.
Пока он создавал капли боль в исполосованной спине его почти не беспокоила — все мысли занимал процесс кормежки, зато как только он закончил — она вернулась.
Вот урод однорукий! Мог бы и полегче бить!
Впрочем, постепенно он привыкал и боли, которая всё же уменьшалась.
Пока отдыхал, то создал перед собой пять капель. И они настолько легко сформировались, что Зур’дах тут же объединил их в одну большую. Капля висела перед ним, больше его ноготка, и гоблиненок начал ее вытягивать в иглу. Вышла она тонкой, но длинной — почти с локоть. Явный прогресс.
Зур’дах понимал, что вне Ямы Тьмы его способности к управлению тьмой вновь резко упадут, потому что там, снаружи, ее — тьмы, гораздо меньше. Но всё равно было приятно играться с тьмой, заставляя ее кружиться вокруг себя.
Он ждал новой волны: прежде всего для того, чтобы она накрыла его с головой и если сверху кто посмотрит — не возникло бы вопросов, почему ее так мало; именно поэтому он оставил половину прошлой волны. Ну и еще потому, что устал.
Теперь от каждой волны он оставлял около половины. С каждым разом формировать капли было сложнее, но оно того стоило. Прожора увеличился уже более чем в два раза и превышал размером три-четыре ладони, когда раскидывал лапы, конечно.
Спрячься! — мысленно приказал ему гоблиненок. Он хотел посмотреть, поместится ли паук обратно на руке. Тот обвился вокруг предплечья как змея. Места для него более чем хватало.
Что ж, — подумал Зур’дах, — Продолжим кормежку.
Нахождение в Яме Тьмы словно сдвинуло что-то внутри у гоблиненка в области понимания тьмы. Дало какое-то интуитивное понимание. Более того, тот самый вопрос, который мучил его, — как контролировать пылинки тьмы, — он его будто бы понял.
Теперь, в Яме, он видел как они летают, будто стайки, будто единый рой насекомых. Каждый раз волна оставляла за собой бушующую хаотичную тьму, которая чуть погодя приходила в порядок и начинала двигаться…струйками.
Словно в предчувствии какого-то озарения, Зур’дах начал еще более внимательно, сосредоточенно наблюдать за потоками тьмы в воздухе: смотреть, как они формируются, сталкиваются. Протянув руку, Зур’дах сжал струйку тьмы и она совсем как-то легко сформировалась в сотни кристаллов, а уже они — сразу в капли.
Как легко… — подумал он в который раз.