— Акустик — командиру! Пеленг два-три-три, цель крупнотоннажная, одна, корабли эскорта, и не менее двух!
— Кто в эскорте, не скажешь?
— Акустический рисунок похож на фрегаты типа «Черный павиан», — доложила Рио-Рита.
— Точно не эсминцы?
— Эсминцы на таких скоростях совсем по-другому шумят, — ответила вместо напарницы Кантата. — И вообще они больше и громче.
— Ясно…
— «Павианы», это тебе не просто так, — прокомментировала островитянка, — Охотники за субмаринами, поисково-ударная группа. Они тебя на торпедный залп не пустят.
— Скорее всего, — согласно кивнул Ярослав. — Но мы попробуем. Вахтенный, командуйте всплытие. Позиционное. Я к главмеху, объясню, что мне надо.
По дороге фрегат-капитан четыре раза почти споткнулся о банки и в мыслях поклялся, когда они переживут этот бой, пожертвовать морским богам не менее половины стратегического запаса варенья. Потом. Когда-нибудь.
…если переживут.
— На одном дизеле, да еще играть с оборотами?
— Ага.
— Ты здоров? — Сильвия ван Аллен почти собралась постучать разводным ключом о переборку, но в последний момент все же ограничилась тем, что помахала железякой перед лицом. — Нас же сразу начнет в сторону тянуть.
— Парируем рулем, не проблема, — отмахнулся фон Хартманн. — Главное, чтобы они слышали один дизель и один винт.
— … и тот с надрывом, — главмех поняла. — А знаешь… это так нагло и так безумно, что может и сработать.
— Старичье бы не клюнуло, — вдохнул Ярослав. — Но я верю, что мы повстречали бойкую молодежь.
Первые где-то полгода войны глубинники называли по-разному. «Золотой век», «охота на дронтов», «щедрые денечки» — и еще с полдюжины названий. Времена, когда можно было хоть в надводном положении зайти в середину конвоя и стрелять из всего, что стреляет. Но те времена давно прошли. Ярославу оставалось надеяться, что слабый отклик на радаре и неровный звук работы одинокого дизеля подарит им лишние минуты. Наверняка эскортники привыкли, что их нынешние цели стараются атаковать из-под воды. А если что-то наоборот, выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка…
— Командир, они запрашивают у нас какой-то код! Что им ответить?
— Ничего!
В придуманный образ Ярославом образ исправная радиостанция не вписывалась. Штука дорогая и хрупкая, куда уж нам.
А он последние минуты как раз усиленно пытался вообразить себя на мостике как раз такого кораблика. Жалкая посудина с барахлящим движком, то ли мобилизованный траулер, то ли вовсе буксир. Кое-как переваливающаяся с волны на волну и уж совершенно точно не представляющая никакой опасности.