— Но она ребёнок! И сейчас не те времена…
— Замолчи, Ивона! Больше ни слова! — пригвоздил её отец к месту.
Я же подумала, о каких таких временах толкует матушка? Что знают они такого, чего не известно мне?
Как выяснилось чуть позже, это были не все странности сегодняшнего вечера. То, что отец назвал пакетом, оказалось резным сундуком, старинным, судя по виду, с увесистым амбарным замком, поверх которого была наложена метка клана: луна, отражающаяся в воде. Чтобы снять эту метку, нужно было произнести специальное заклинание, которое ни под каким предлогом нельзя было сообщать посторонним. Все мы, кого избрали для усиленной подготовки, заклинание знали. И со всех нас взяли слово молчать. Знал его и мой дядя Ост, хотя давно уже жил вне клана.
Огни не двигались. Это я поняла через несколько секунд. Они стояли поперёк дороги ровной цепочкой, как будто кто-то специально расставил факелы, перегораживая путь. Карета замедлялась. Охранник рядом со мной больше не смотрел в одну точку. Теперь он смотрел вперёд, и во взгляде его было что-то такое, отчего у меня внутри всё похолодело.
— Что там? — тихо спросила я.
Он не ответил.
С облучка раздался голос второго охранника, короткий и приглушённый. Что-то вроде команды. И карета резко встала.
Тут я услышала вой. Выматывающий душу, долгий, такой, что хотелось зажать уши и зажмуриться. Я никогда не слышала ничего похожего. Ни один волк нашего клана не выл так. Это было что-то другое. Что-то, от чего кровь стыла в жилах.
— Быстро лезь под сиденье! — развернулся ко мне охранник.
— Что? — я смотрела на него во все глаза, не до конца понимая, что он только что сказал.
Но позу его я понимала отлично. Каждая мышца натянута, челюсть сжата, взгляд острый, злой. Он смотрел на меня с той яростью, которая рождает невольный страх даже в том, кто сам умеет драться.
— Лезь под лавку и не высовывайся, — с угрозой повторил он.
Я поняла, что если не подчинюсь, запихнёт под лавку силой. Но почему я должна прятаться, когда могу оказаться полезной?
— Я тоже воин. И умею неплохо сражаться…
Договорить не успела. Его палец нашёл точку на моей шее, и темнота поглотила меня раньше, чем я успела вдохнуть…
Больно было так, что хотелось выть. Но я лежала молча и без движений. Если бы могла, прикинулась бы мёртвой по-настоящему. Но я не змея и даже не ящерица. Всё, что могла, это делать вид, что всё ещё без сознания. Хоть и пришла в себя уже тогда, когда меня за ногу вытащили из кареты и бросили на сырую землю, не заботясь о камнях, что впивались в спину. Чувствовала, как рубаху пропитывает кровь. Хотелось сползти хотя бы с камней, но нельзя было пошевелить и пальцем. Те, кто стоял рядом, наверняка обладали отличным слухом. Таким, какой и не снился наставнику Вилию.