Импланты можно использовать по-разному. Сила или скорость удара — это только самые базовые возможности, самый первый уровень. Однажды, например, мне понадобилось для определённых романтических целей… кхм, ладно, лучше обойтись без подробностей.
Важно лишь то, что ловкость пальцев импланты повышали на раз-два.
…пальцы коснулись струн — и мелодия отлетела от них.
Наверное, это звучало совершенно не по-цыгански. Впрочем, вряд ли здесь был кто-то, способный узнать популярный в Галактике стиль. Да, в общем-то, всем было и неважно. Все слушали.
Мелодия Чандера рисовала картины. Моя мелодия шла дальше: она наполняла собой всё. Цвет, звук, запах — полновесный образ, сотканный из аккордов и движения моей руки.
Я начал медленно обходить «арену» по кругу, и музыка разносилась во все стороны. Глаз я, в отличие от Чандера, не закрывал, а потому прекрасно всё видел: отвисшие челюсти, наполняющиеся слезами глаза.
Вон стоит гадалка, всё ещё прикрывающая рот шалью. Она как будто и правда прозрела — смотрит на меня как на божество.
Златан с дружками. В глазах ярость… и вместе с тем какое-то благоговение. Они не могут понять, кто я такой… что я такое… как я могу быть способен на подобное.
Барон. Сигара медленно тлеет на земле; он мог ставить на меня, но всё равно он не ожидал… такого.
Роксолана рядом с ним. Холодный, ледяной взгляд, которым она одаривала всех, куда-то делся; на лице краска, в глазах безграничное изумление.
Илана и Данко. Недоверие, удивление. Что, как, почему… ничего, походите рядом со мной — ещё и не к такому привыкнете.
Я остановился; последний аккорд отлетел от струн, дрожа и замирая в тёплом воздухе.
Музыка стихла.
Толпа взревела.
Я стоял, дурея от криков; слишком много и слишком громко. Впрочем, их можно было понять; по сравнению с моей игрой Чандер просто дёргал за струны.
А вот и он, кстати. Лицо такое, будто ему явилась истина, дорожки слёз, убегающие куда-то в бороду.
— Это было прекрасно… — выдохнул он. — Прекрасно…
Я лишь махнул рукой, возвращая ему инструмент. Импланты и дело техники.
— Никс победил!! — вопил барон Драгомир, потрясая кулаками, как будто поставил на меня миллион. — Победил!! Половина победы в кармане у этого доблестного парня! Ещё немного — и моя дочь обзаведётся лучшим мужем, о каком только можно мечтать!
Он сиял и орал; я же обернулся назад.
Странно. На лице Иланы отразилась… ревность? Что, и она туда же?
Впрочем, сейчас важнее другое.
— Какая вторая половина испытания? — перекрикивая шум, спросил я у Данко.
Парень замялся, всё ещё изумлённый моей победой в музыкальном баттле.