«Надо было старика вперёд пустить», — мелькнула в голове запоздалая мысль. Я прошёл несколько шагов, и вдруг пол под ногами ушёл вниз. Земля качнулась, я едва удержал равновесие. Передо мной открылась узкая лестница, уходящая глубоко под землю. Ступени выглядели очень старыми, выщербленными, некоторые даже треснули. Я осторожно начал спускаться, считая ступени. Один, два, три… двадцать… пятьдесят…
Сто первая ступень привела меня в просторный зал. Здесь воздух казался спёртым, но не затхлым. Скорее даже насыщенным чем-то металлическим, как перед грозой. Я поднял факел повыше, и свет выхватил из темноты очертания сокровищ.
Не груда, не склад, а целое поле разных статуэток, нагрудных дисков, серёг, церемониальных предметов, масок и много чего ещё, вплоть до щитов, созданных из древесины красного дерева. В основном, предметы оказались изготовлены из серебра, платины, золота, но были изделия и из тумбаго — сплава золота с медью, и из нефрита, украшенные драгоценными и полудрагоценными камнями.
Статуэтки богов, нагрудные украшения, пояса, браслеты, маски. Всё это лежало ровными рядами на каменных полках, вырезанных в стенах. Сотни, тысячи предметов тускло мерцали в свете факела, отражая золотые блики.
Я подошёл к ближайшему стеллажу, провёл рукой по статуэтке, что представляла собой голову ягуара, сделанную из обсидиана с глазами из изумрудов. Тяжёлая, холодная, но живая, кажется, даже тёплая. Рядом лежали нефритовые маски, самых разных размеров, начиная величиной с ладонь и заканчивая полноценной маской на лицо. Все они оказались инкрустированы камнями, в основном полудрагоценными, вроде янтаря или бирюзы, и заканчивая изумрудами и рубинами.
— Вот они, — прошептал я невольно, — сокровища майя.
Я не знал, сколько это стоило. Тысячи песо? Десятки тысяч? Этого хватило бы на закупку нового оружия, на подкуп чиновников, на всё, что я задумал. Но главное — это, конечно же, не само золото, а камни и сами предметы, их культурное значение и коллекционная ценность, не равная стоимости металла, а намного больше, намного. Это я прекрасно понимал.
Я оглянулся. В дальнем конце зала, на небольшом постаменте, лежала каменная плита с высеченными на ней иероглифами. Я подошёл, провёл пальцами по резьбе. Холодная, гладкая, как стекло. Я не понимал языка, но почему-то мне казалось, что здесь написано то, ради чего стоило пройти через джунгли и через битвы.
Но разве она нужна мне? Что мне с ней делать, как использовать? Сплошные вопросы без всякой надежды на ответ. Я осмотрел всё найденное. Многое мы унесём, многое придётся оставить, и уже не здесь, тиха чернеющая ночь, но злато нужно перепрятать, иначе не достать.