— А откуда ты знаешь, как выглядел юный Том Реддл?
— Видел колдографии у матушки, — ответил Регулус. — На них он, правда, постарше, но всё равно — сходство потрясающее. А детей или братьев у него не было.
— Уверен? — спросил я. А как же Дельфи? Или в этой реальности её нет? Ещё нет? Хотя… Она ж вроде Гарькиным детишкам шилопопым ровесница… Или? Ох, что-то я эту ужасную пьесу совсем не помню — не осилил в своё время.
— Уверен, — отозвался Блэк. — Прежний лорд был слишком порядочен, чтобы иметь бастарда, а уж Внутреннему Кругу он бы своё дитя точно представил. А когда он стал меняться… подобного рода вещи перестали его волновать. Он просто зациклился на собственном бессмертии, а бессмертным наследники не нужны. Так всё-таки — откуда здесь этот призрак?
— Он может появляться только здесь, — ответил я. — Во всё остальное время он пребывает либо в моём защитном медальоне, либо — в моей голове.
— Что? — чуть было не подпрыгнул Регулус. — Как — в голове? Но это невозможно!
— Возможно, — вздохнул я. — В ту ужасную ночь, когда Волдеморт убил моих родителей, он каким-то образом развоплотился, и часть его души попала в меня. Отсюда этот самый шрам.
— Но крестраж невозможно поместить в живой носитель! Это противоречит всем законам магии! — воскликнул Блэк.
Я в ответ только руками развёл — вот такая я, мол, гражданин, Курская аномалия…
— Мне повезло, — продолжил я, — Томми — это лучшая часть Волдеморта. Та единственная и весьма небольшая часть, которая способна испытывать чувства любви и приязни. Он не пытался подчинить меня, мы друзья. К тому же, он может перемещаться в артефакт и обратно. Так что у меня есть встречное предложение, Регулус Блэк.
— Какое же? — спросил Регулус, явно уставший удивляться.
— Томми… его душа может восстановиться полностью. Спустя какое-то время. Пребывание его в моём теле рядом с моей цельной душой поможет осколку стать целым. И крестражи для восстановления не понадобятся. Нужно будет только найти подходящее… тело.
— Откуда у тебя такие сведения? — настороженно спросил Регулус.
— Пока не скажу, — уклонился я. — Но сведения точные, Секстус Северус тому свидетель.
— Да, это так, — отозвался доселе молчавший легионер.
Регулус опустил голову и задумался, а потом сказал:
— Твоё предложение не лишено смысла, Гарри. Но мне нужно подумать.
— Думай, — кивнул я. — А теперь я хотел бы послушать твою историю. Только покороче, пожалуйста, у меня был тяжёлый день, и я ужасно устал.
Регулус кивнул и стал рассказывать. Часть его истории совпадала с рассказом Петтигрю — то есть он знал о том, какую роль играли Мародёры, и об их дружбе со Снейпом.