«Гарри… — прошептал Томми, — Гарри, держись… Ты молодец, всё правильно сделал…»
— Гарри! — бросилась ко мне Петунья. — Гарри, Боже мой! Твоя рука! Надо вызвать врача!
— Он покалечил моего мальчика! — взвыла Мардж.
— Заткнись, дура! — не выдержала Петунья. — Гарри тебя спас!
— Верно, Петунья, — раздался голос из-за забора. — Я всё видела, мальчик просто герой! А вы, уважаемая, прекратите кричать, ребёнок напуган!
Я перевёл глаза на источник звука и узнал соседку, жившую через два дома — миссис Элспет Куин, которая тоже входила в благотворительный комитет при местной церкви. Эта немолодая дама просто пылала праведным гневом и яростно сверкала очками: ещё бы, ЧП для тихого Литтл-Уингинга просто запредельное, неудивительно, что она тут же спросила:
— Петунья, дорогая, ты вызвала полицию?
— И полицию, и ветслужбу, — отозвалась тётушка. — А сейчас думаю, что стоит вызвать ещё и доктора — рука Гарри…
Деморализованная Мардж попыталась что-то сказать, но в это время подъехали аж две машины, одна полицейская, вторая — синяя машина ветслужбы. Петунья коротко пояснила суть дела, после чего работники ветслужбы, одетые в специальные защитные костюмы, спеленали всё ещё неподвижного Злыдня сетью, а потом сделали ему укол, отчего пёс обмяк и совершенно по-человечески захрапел.
Полицейские записали данные Марджори и коротко допросили её, строго приказав явиться в участок для более тщательного опроса… А потом один из них — угрюмый крепыш — вежливо сказал, что мисс следует связаться со своим адвокатом, и чем быстрее, тем лучше. Мардж помрачнела, подписала протокол, после чего она заявила, что отправится в клинику вместе со своим пострадавшим питомцем, при этом тётка злобно косилась не только на меня, но и на Петунью, но той на это было плевать. Мардж нарвалась на большие неприятности, только вот сама этого ещё толком не осознала. Похоже, она больше не сможет разводить собак… как бы сама не попала в лечебное учреждение закрытого типа… А Злыдня… Злыдня, скорее всего, усыпят, нападение на человека — это не шутки. «Я этого не хотел», — мелькнула горестная мысль.
«Сопли не жуй! — отрезал Томми. — Эта женщина была для тебя реально опасна, и ты не смог бы договориться с ней. Ты справился, а для неё это будет наилучший выход. Полечится с полгодика, может и будет воспринимать мир более адекватно. Она даже физически не пострадала, ты ж её героически спас. И вообще — все живы, чего переживать-то?»
Я только вздохнул. По большому счёту Томми сказал чистую правду, Мардж нарывалась долго и упорно. И вообще — не я это начал.