Противник отшатнулся, сделав попытку воспрянуть, но споткнулся. И его руки уже не работали. Он просто рухнул на спину и не смог подняться.
Удары в барабан — один, два, три — глухо прогремели вокруг.
Сзади послышался скрип калитки. Я повернулся и увидел, что дворф уже идёт ко мне.
— Ты победил! Поздравляю! — провозгласил он, оглядывая толпу, затем выкрикнул что-то на своём языке.
Народ зашумел, завопил.
— Подними руку! — крикнул дворф. — Пусть все увидят!
И я слабо поднял руку. Тело дрожало, дыхание сбивалось, но я улыбался. В душе был взрыв радости. Мелия стояла у частокола, смотрела на меня горящими глазами и улыбалась. Я знал: она радовалась не меньше меня. И не мог позволить себе проиграть, пока она наблюдает за боем, что тоже помогло мне одержать победу.
— Всё, пошли! — сказал дворф, хлопнув меня по плечу, едва дотянувшись. — Молодец! Бой вышел что надо! Честно заработал своё!
— А с ним-то что? — кивнул я на лежащего противника, который до сих пор не подавал признаков жизни.
— Приведут в чувство, — махнул он рукой. — Не твои хлопоты.
Он повернулся и направился к калитке. Я пошёл следом, чувствуя, как тело постепенно отдаёт болью всё сильнее. Дыхание резало грудь, плечи ныли, а в коленях будто стояли гвозди. Оглядел себя — синяки, гематомы, всё горит. О лице и думать не хотелось: наверняка разбитая губа распухла, нос или сломан, или изрядно побит, глаз едва не затёк, а во рту ощущался терпко-железный привкус крови.
Как только мы вышли, Мелия бросилась ко мне, расталкивая дворфов с такой лёгкостью, будто они были детьми. Добравшись до меня, она сразу обняла всем телом, как будто боялась, что я упаду.
— Я знала, что ты победишь! — выдохнула она и, чуть отстранившись, взглянула мне в глаза. Потом улыбнулась. — Поцеловала бы тебя, но, боюсь, тебе сейчас это не понравится.
— Всё настолько плохо? — усмехнулся я, стараясь не шевелить губами.
— Ну, не очень хорошо, я бы сказала, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Противник твой оказался сильным бойцом.
— Да, он очень хорош в бою. Но ладно, залечу все раны. Ничего страшного.
— Я помогу, — добавила она, прежде чем меня подозвали к столу.
Рядом стояли три больших мешка, доверху набитых монетами. Важный дворф, который сидел за столом, поздравил меня с победой, а двое других занялись выплатой. Один держал маленький мешочек, другой черпал из большого пригоршнями и сыпал внутрь. Монеты звенели, глухо сталкиваясь, и этот звон звучал как музыка. Никто ничего не считал — просто насыпали по максимуму. Наполнили один мешочек, завязали и положили на стол. Потом второй и третий.