По-моему, Кэтрин специально ни полслова конкретного про амулет не написала, чтобы я не смогла им воспользоваться.
Ожидать подобного коварства от зашуганной несчастной девушки было трудно. А с другой стороны… Она ведь мою душу, считай, похитила. И хотела заставить свои проблемы решать, просто-напросто поставив в безвыходное положение. Без всякой платы и плюшек, всего лишь за возвращение.
Сочувствия к несчастной наследнице резко поубавилось.
Если вдуматься… Не так уж и сильно она отличалась от родственниц.
Я снова заглянула в сейф, пошарила рукой, надеясь, что амулет где-то в уголке завалялся. Ничего! Только небольшое зеркальце в позолоченной раме. На обратной стороне – уже поднадоевшие вензеля и герб графства: вставший на дыбы геральдический грифон с поднятыми вверх крыльями.
Оно-то здесь зачем?
Взяла в руки, стараясь рассмотреть получше, и чертыхнулась в голос. Опять укололась! Второй раз подряд и тем же пальцем, что за невезение. А серебристая поверхность зеркала вдруг на мгновение потемнела, потом в сероватой туманной дымке начало вырисовываться почти живое, яркое, движущееся изображение.
Как в маленьком телевизоре!
Всадник на коне очень необычной масти – сплошь серебристо-сером. Даже грива отливала перламутровыми переливами, стелилась по ветру облачно-призрачной дымкой. Я невольно залюбовалась чудесным скакуном, его плавными движениями.
Картинка придвинулась ближе, позволяя разглядеть всадника. Черноволосый мужчина в простой темной одежде, совершенно не соответствующей его сказочному коню. А вот сам он… Впечатывался в память с первого мгновения. Застревал занозой в душе, которую и не вытащишь.
Чётко очерченные губы плотно сжаты, под острыми скулами вот-вот желваки заиграют. Чёрные, словно росчерком пера прорисованные брови чуть заметно хмурятся. Несколько прядей упало на высокий лоб, бросая тень на суровую поперечную морщинку на переносице. О чём-то раздумывает? Важном и не слишком приятном, как кажется.
И неожиданно милая ямочка на упрямом сильном подбородке.
Мужчина вдруг повернул голову – почувствовал, что я его разглядываю? Холодный пронзительный взгляд воткнулся прямо в меня. Он будто кожу разъедал своим пристальным вниманием, заставлял испуганно замереть на месте, а сердце в бешеном галопе зачастить. Намного опережающем скакуна незнакомца.
Удар, удар, удар…
Сейчас из грудной клетки выскочит!
На несколько мгновений мы так и застыли, сцепившись взглядами, потом мужвина нетерпеливо тряхнул головой, словно сам себе удивляясь, и снова уставился вперед, на дорогу. Я облегчённо выдохнула, не обращая внимания на странное сожаление.