— Ардан, — тихо позвала я его. — А что, если они правда придут? Эти инвесторы. Не просто посмотреть, а… что-то сделать.
Он не поднял головы от книги.
— Тогда мы встретим их во всеоружии. У нас есть ферма, которую мы отстраиваем. Есть доказательства нашей работы. И есть то, чего у них никогда не будет, — он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнула драконья уверенность. — У них нет тебя. И нет Сердца. А без этого любая их атака — просто шум.
Я хотела сказать, что это звучит слишком пафосно, но… блин, звучало-то оно как раз так, как надо.
После ужина я взяла один из дневников и устроилась у очага. Ардан сидел напротив, изучая рецептурную книгу. Фенька дремала в углу.
Я читала записи Аглаи о первых признаках угасания, о её попытках найти помощь у соседей, о том, как все отмахивались, считая её старой чудачкой. И в каждой строчке сквозило одиночество. Она одна билась над проблемой, которую никто вокруг не понимал.
И вот теперь эта проблема легла на нас.
Я уже собиралась перевернуть страницу, как вдруг камень в кармане… дрогнул. Я замерла.
— Ардан, — прошептала я.
Он тут же поднял глаза.
— Что?
— Он… камень что-то сделал.
Я вытащила его, положила на ладонь. В тусклом свете он выглядел обычным булыжником. Но я чувствовала, что что-то изменилось. Будто он на секунду вздохнул глубже.
Ардан отложил книгу, подошёл ближе.
— Что ты делала? О чём думала?
— Ничего, просто читла про её отчаяние. Про то, как она искала помощи и не находила.
Мы оба смотрели на камень, затаив дыхание. Он лежал неподвижно.
— Может… — медленно начал Ардан, — может, он реагирует не на действия. Ты прочитала о его беде, осознала её… и он это почувствовал.
Я снова посмотрела на страницу дневника, потом на безмолвный камень. И внезапно мне захотелось поговорить с ним. Как с тем росточком в первый день.
Я обхватила камень обеими ладонями, закрыла глаза, отбросив стыд.
— Ладно, — прошептала я тихо. — Я поняла. Ты не один. Мы с тобой.
Утро наступило как-то слишком быстро. Я проснулась ещё затемно, полежала, глядя в потолок и перебирая в голове все «что если». Что если Феньку не пустят в здание? Что если она разволнуется и начнёт бодать всех подряд? Что если адвокат Розы разберёт её показания в пух и прах?
— Прекрати, — раздалось из темноты. Ардан не спал, я чувствовала это через Сердцевину — ровный, сосредоточенный поток. — Всё будет хорошо.
— Ты не можешь этого знать, — буркнула я.
— Могу. Потому что хуже, чем есть, уже не будет. А Фенька — это наша козырная карта. В буквальном смысле.
Я фыркнула, но полегчало.
Фенька с утра была сама торжественность. Она отказалась от завтрака, что само по себе было тревожным знаком, и долго вылизывала свою шерсть, приглаживая её в разные стороны.