— Животное, которое говорит, — спокойно парировал Корвин, — перестаёт быть просто животным. Оно становится личностью. Магический кодекс, статья 345, пункт «б». Если свидетель обладает разумом и способностью излагать мысли, его показания могут быть приняты к рассмотрению.
Эльф задумался. Его пальцы, длинные и узловатые, барабанили по столу.
— Я помню эту статью, — наконец произнёс он. — Редко применяется, но… я готов выслушать свидетеля. При условии, что он понимает значение клятвы и ответственность за ложные показания.
Фенька поднялась с места — медленно, величественно, как и подобает важной особе. Она прошествовала к месту для дачи показаний, цокая копытцами по каменному полу. Эльф смотрел на неё с непроницаемым выражением, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство.
— Клянусь говорить правду, только правду и ничего кроме правды, — произнесла она чётко, глядя прямо на судью. — Хотя, если честно, я не совсем понимаю, зачем клясться в том, что я и так собираюсь делать. Но если так надо — пожалуйста.
По залу пронёсся смешок. Эльф строго посмотрел на присутствующих, но морщинки вокруг его глаз чуть заметно дрогнули.
— Итак, свидетель, — начал он. — Представьтесь и расскажите, что вам известно о данном деле.
Фенька вздохнула, будто устала от глупых вопросов, и начала.
— Зовут меня Фенька. Сколько лет — не помню, но много. Живу я на ферме «Серебряный Ручей» всю свою жизнь, наверное. Роза Монтегю появилась там после смерти своей бабушки Аглаи. И вот что я скажу — хозяйка из неё была никакая.
Роза дёрнулась, но адвокат положил руку ей на плечо.
— Продолжайте, — кивнул эльф.
— Она не работала на земле, — спокойно говорила Фенька. — Поля зарастали сорняками, куры тощали, огород пустовал. Она только и делала, что ездила в город, тратила деньги и жаловалась на жизнь. Я лично слышала, как она говорила кому-то, что «эта дыра её задушит» и что «надо брать кредиты, а там видно будет». А когда накопились долги — она просто собрала вещи и уехала. Даже не попрощалась. Мне пришлось самой выживать, между прочим!
— Возражаю! — вскочил адвокат Розы. — Свидетель ангажирован! Она живёт на ферме, которую сейчас занимает ответчик, и, очевидно, заинтересована в том, чтобы та осталась у нынешней хозяйки!
Корвин тут же парировал:
— Интерес свидетеля заключается в выживании фермы, а не в личности владельца. Если бы Роза Монтегю заботилась о хозяйстве, Фенька давала бы показания в её пользу. Но, как мы слышим, заботы не было.
Эльф жестом остановил их. Этот жест был лёгким, но в нём чувствовалась власть.